Ленинград действует... В трех книгах. Книга 3

Третья книга военных дневников Павла Лукницкого. Первые две прочитал несколько лет назад и сделал паузу.

Павел Лукницкий - советский писатель, сейчас практически забытый (его страница на LL), три первых года войны был корреспондентом ТАСС на Ленинградском фронте. Первые бои вблизи финской границы, отступление, кровопролитные оборонительные бои, стойкость и мужество солдат, удерживающих врага до последней возможности, 872 дня блокады Ленинграда , наступление зимой и весной 1944-го - об этом его военные дневники.

Третья книга охватывает период с 5 июня 1943 года по 22 августа 1944-го, последняя глава: сентябрь 1944-июль 1945 (короткий рассказ о дальнейших фронтовых дорогах автора "через пять государств, до Праги").

Летние бои на Синявинских высотах и каждодневные многочасовые артобстрелы и бомбежки Ленинграда, несущие гибель в первую очередь его гражданскому населению. Огромное количество убитых и раненых. Мужество и приобретенный за дни блокады боевой опыт жителей города, каждый из которых продолжает выполнять свои обязанности, не сомневаясь в исходе противостояния фашистской военной силе, подкреплённой пушечным мясом из стран - союзников. И многочисленные примеры того, что позднее было точно определено двумя словами - обыкновенный фашизм.

В седьмом часу вечера ребятишки катались с горы на салазках, забыв, что с шести часов по фашистскому приказу никто не смел появляться на улицах. Гитлеровцы открыли по детям стрельбу из винтовок. Попасть не могли. Тогда навели на гору миномет и тяжелыми минами, улюлюкая и хохоча, искрошили всех ребятишек.

Преступления фашистов, совершенных в отношении советских людей, оставшихся на оккупированной территории, видят наши солдаты в ходе наступательных боев 1944 года.

В газетах статьи о немецких застенках в Луге, об убийстве в поселке Торковичи (в районе Оредежа) девяноста четырех детей, сорок из них — в возрасте от двух до восьми лет; двадцать из этих детей убиты и сожжены живьем в детском доме 5 февраля. Тысячи мирных жителей расстреляны возле лужского полигона, около Наплотиновки и у Сокольнических ключей.

Сжигают и взрывают отступающие немецкие войска уцелевшие здания (жилье и производственные помещения), сжигают целые деревни, а немногих оставшихся в живых их жителей запирают в одном здании (нередко это - церковь) и сжигают живьём. Разрушают памятники истории и культуры. Автор становится свидетелем гибели в огне Павловского дворца:

Подожженный немцами, отступившими из Павловска несколько часов назад, дворец горит! Пламя бьет из окон Итальянского и Греческого залов. Черный дым заволакивает колонны. Глухие взрывы внутри дворца выбрасывают ввысь сквозь разъятую крышу, над которой колоннада уже занялась огнем, тяжелые снопы зловещих искр.
Слышим свист бурлящего пламени, видим, как рушатся, обугливаясь, неповторимые фрески работы Гонзаго. Оттаскиваем подальше от огня мраморную скульптуру, вышвырнутую немцами из дворца. Она лежит в груде мусора, среди кофейных мельниц, мышеловок, плевательниц, всякого отребья, оставшегося после немецких солдат, которые жили здесь, устроив себе нары из золоченых багетов и рам…
Я слышу чей-то негромкий, негодующий голос:
— Гляди, русский человек! Гляди! Можно ли забыть это?..

Есть в книге и рассказы об отдельных людях, с которыми встречается автор в Ленинграде или на фронте. Снайпер, таджик Тэшабой Адилов, давший клятву мести врагу за своего друга Абдували, в совершенстве овладевший снайперским искусством и уничтоживший более ста фашистов. Лейтенант Вера Лебедева - комиссар батареи артиллерийско-пулемётного батальона. Должность для девушки необычная. И она исполняет её достойно. Лучшим методом политработы считая личный пример, находится во время боев на огневых позициях батареи. Партизанка - разведчица Клава Юрьева без прикрас, честно, не скрывая порой охватывавшего её страха, рассказывающая о выполнении задания в оккупированном фашистами Пскове.

Три книги военных дневников Павла Лукницкого можно назвать своеобразной летописью обороны Ленинграда. Отличительной чертой их является то, что автор рассказывает не только о жизни города, но и о событиях на фронтах, защищающих этот город. И рассказ этот - не воспоминания спустя десятилетия, а сиюминутные, практически ежедневные записи, свидетельства очевидца.