На краю света

Автор рассказывает о годе, проведенном им в полярной экспедиции на Земле Франца-Иосифа 1933-1934 гг. Обычно меня от книг о полярниках за уши не оттянешь. Здесь же написано как-то безэмоционально и из-за этого не слишком интересно. Да были сложности, приходилось приспосабливаться, кто-то впервые самостоятельно стирал, многие впервые шили на машинке. Каждый старался облагородить собственное жилье, сделать его уютнее. Но некоторые люди, за счет других, преуспевали в этом лучше, забрав себе все материалы и ресурсы, выданные на группу.

Читатель смотрит на всё происходящее глазами Сергея Безбородова, работающего метеорологом в экспедиции, и во всех подробностях узнаёт о его работе. Не понравилось, что автор с каким-то упоением рассказывал о поедании собак на зимовке и о всеобщем отношении к ним как к расходному материалу, снова и снова возвращаясь к этой теме. Я, конечно, и раньше о таком читала, но здесь временами это казалось не к месту. Плохо, что даже в такой тесный коллектив попадают "чужие" люди не готовые жить по общим правилам. И никуда их уже не выгонишь, приходится терпеть и надеяться, что они принесут не слишком большой ущерб команде.

Очень люблю книги Санина. Ждала чего-то похожего. Ну да, похоже, но все равно не то. Группа зимовщиков отправляется в экспедицию на Землю Франца-Иосифа, где должна будет прожить целый год, исследуя этот край и передавая данные на Большую землю. И Санин, и Безбородов едины в мнении, что в подобных уединенных условиях, в замкнутом коллективе, большое значение имеет каждый человек. И если кто-то оказался способен на низкий или подлый поступок, то это самая настоящая беда. А что если такой в коллектив не один, а двое или даже трое? Хотя вот один из героев этой книги, начальник зимовки Наумыч, в финале утверждает, что на группу из 19 человек "три человека это только тринадцать процентов мусора. Тринадцать процентов мусора, — это не так уж и много. Бывает и хуже." Возможно, и так. Вот только немало крови попортили эти 13 процентов. Я даже не знаю, кто хуже. Стремоухов, по чьей небрежности собаки остались без еды, и половину из них пришлось пристрелить. Или Шорохов, который разбил самолет, сам чуть не погиб, вынудил всех зимовщиков забросить свою работу и заниматься его поисками, рискуя жизнью и здоровьем. И все это исключительно из-за его самонадеянности и нежелания подчиняться приказам. Сморж тоже неприятный тип, но его гнильца расцветает пышным цветом именно рядом с такими, как Шорохов и Стремоухов. Не будь их, может и не проявилось бы она. Но что самое мерзкое, ни один из них не усматривает во всем этом своей вины, не раскаивается и даже не пытается измениться. Про остальных зимовщиков как-то многого и не расскажешь. Обычные люди, могут временами и вспылить, и пожаловаться. Но при этом хорошие честные работяги. Наверное, такие и должны покорять Север. Безбородов пишет безоценочно. Поначалу меня это несколько коробило. Например, когда он рассказывал о каком-то неблаговидном поступке и со своей стороны никак не характеризовал его, казалось, что он и не усматривает в нем ничего особенного. Но потом мне и моего собственного негодования хватило с лихвой. Также не понравились некоторые сцены с животными. Как с ездовыми собаками, которых каюры могли "приласкать" пинком. Так и с медведями, которых стреляли зимовщики. Уж очень много в последних сценах было восторга от самого факта охоты. Очень интересными были исторические вставки о разных полярных исследователях и экспедициях. В целом, неплохо, но Санин все равно лучше.

Открывалось с сомнением: советская полярная экспедиция 1933-1934 гг., написано всего через пару лет, то есть велик риск погибнуть от потока ударного коммунистического кринжа с нотками подвига. На деле же оказалось, что внутри самый некоммунистический неподвиг.

Предыстория: группа из двух десятков человек едет на Землю Франца-Иосифа, самое северное поселение планеты на тот момент. Понятно, что занимаются они по большей части различными научными исследованиями — в команде и метеорологи, и магнетологи, и геофизики, и черт знает кто еще. Конечно же, не обходится и без более приземленных профессий, например, тут есть двое каюров (погонщиков собачьих/оленьих упряжек), дабы колесить по местности на санях, летчик с бортмехаником для воздушной разведки, врач, повар и иже с ними.

Учитывая год экспедиции и что тогда означала Арктика, я рассчитывал увидеть нечто вроде экипажа космического корабля: набор суперпрофи, которые вдобавок способны обладают дополнительными навыками, невероятно дисциплинированы и готовы идти в атаку с развевающимся знаменем. На деле получаем нечто среднее между "Таинственным островом" и поездкой в пионерлагерь — половина отряда криворукие идиоты, которые, конечно, в своей профессии секут, но при этом поразительно оторваны от жизни: почти никто не умеет шить (для использования швейной машинки понадобилось привести бортмеханика, разобрать ее и провести реверс-инжиниринг), топить печь, худо-бедно готовить еду, да и вообще ощущение, что строгий отбор Севморпути проходят исключительно бытовые инвалиды. До кучи даже наиболее зрелые персонажи тут временами ведут себя как школьники, что уж говорить про самых юных. Поражает и их метод годовой зимовки, опирающийся на догадки: они, судя по всему, третий заплыв в эту точку, но при этом опыта предыдущих зимовщиков у них на руках почему-то нет и они не сразу соображают, как опасно в пургу отходить от жилищ хотя бы на пять метров, что не стоит далеко идти без спичек, карт и тонны провианта, что лихачить в Арктике чревато смертью и ты ды. Про то, что несколько отдельных помещений не были связаны телефонным проводом, дабы в пургу полярной ночью не бегать туда-сюда, а просто позвонить, или что не заведено каких-то четких правил по входу в лабораторию магнитологов без железа, и говорить не стоит — да, столкнувшись с затруднениями, наши ребята и телефоны проведут, и догадаются при заходе в зону магнитных исследований снимать не только часы и металлические пуговицы, но и подбитые гвоздями сапоги, но все это уже в бою, ткскзть.

Итого, несмотря на толщину, могу рекомендовать к прочтению. Пропаганды и коммунистичности тут нет, персонажи неплохи, истории тоже. Написано в потешной устаревшей грамматике, с "чорт возьми" и "итти", вдобавок узнаешь много микрофактов, которые я знать не знал — что буквально в 1933 году были введены паспорта и появилась постоянная милиция, что уже тогда использовалось слово "ссобойка" (мне всегда казалось, что это хрущевские времена и позже), да и вообще много такого интересного. Краткое описание некоторых технических устройств тоже отдает олдскулом — тут вам и компас на спирту, и неразрезанные книги, и примусы, и керосиновые лампы (в самом-то передовом научном месте планеты, где, на минуточку, то самое здание магнитной лаборатории построили без единого гвоздя).