Щит и меч. В 2 книгах. Книга 1

- Учитесь, молодой человек, выигрывать, не оскорбляя самолюбие противника, тогда вы не утратите расположение партнера.

- Ты, видно, старый солдат? В первую мировую сражался?
- Да. До Урала дошел.
- Ну! - удивился Иоганн. - Да ты герой!
Шофер спросил:
- А ты лесорубом когда-нибудь работал?
- Нет.
- Ну ничего, русские научат. Они нас на Урале научили лес валить. В первую мировую не весь вырубили, на вторую оставили. Лесов там много, на всех хватит.

Пока я жив, я временно бессмертный.

"Правильные слова сказать нетрудно. А вот драться за них — это другое дело".

- Первой жертвой гитлеровского фашизма стал сам немецкий народ...

Человек примет вашу точку зрения, если вы не будете раздражать его, только тогда он может оказаться благоразумным.

Правильные слова сказать нетрудно. А вот драться за них - это другое дело.

Люди без родины. Нет у них имен — только клички. Нет прошлого. Не будет и будущего. Они знали, что народ, имя которого было записано в их анкетах, хранимых специальной службой, не простит им преступлений против его чести и свободы. Впереди одно: к репутации негодяев предстояло прибавить славу палачей.

лучше отказаться от чего-то лежащего на пути к цели, пусть даже весьма ценного, во имя достижения самой цели

Надо иногда иметь мужество выдавать себя за труса. Агрессивные задания поручаются храбрецам, но награды получают те, кто руководит канцелярией.

Человек вербуемый в одной стране для нужд другой страны, освобождается от национальной привязанности, политического эгоизма и преданно, как никто другой, служит собственным интересам, самому себе.

Посеешь поступок — пожнешь привычку, посеешь привычку — пожнешь характер...

Безымянная смерть — высший и самый трудный подвиг разведчика. К нему нужно быть готовым. Нужно забыть о себе, уничтожить в памяти все, прежде чем тебя уничтожат. Ты должен убить память о себе в своем сознании прежде, чем убьют тебя самого, чтобы никакие муки не вынудили тебя вспомнить, кто ты.

- А когда война кончится? Ты кем будешь?
Зубов опустил глаза, ковырнул носком ботинка землю, сказал угрюмо:

• По всей вероятности, почвой, на которой будет что-нибудь расти такое подходящее.

Это не твоя жизнь, раз от нее может зависеть жизнь других.

А чего нога? Человек не животное. Это животному без ноги плохо. А у человека главный предмет — совесть... Вот о чем я все думаю. Понимаешь, кусок ноги срезали, а я ее все чувствую, и даже пятка болит, которой нет. Но есть люди, у которых память на Родину отшибло. А Родина — она же все равно что ты сам, где бы ты ни был, но она есть и болит, когда ее даже нет.

Человечеством повелевают желудки, а не головы. Правильно организовать недостаток продовольствия — это больше, чем выигранное сражение. Целые армии полицейских не смогут подавить сопротивление столь успешно, как делает это голод, лишающий людей физических и моральных сил для сопротивления.

смерть — это единственное, с чем стоит считаться всерьез.

Ничто не придает человеку столько душевных и физических сил, как сознание, что он живет, трудится не зря.

Быть всеведущим — это значит быть всемогущим. Знать противника — это быть всемогущим. Знание противника — это наполовину одержанная победа.