– Извините, что я такая эмоциональная, – сказала она, покачав головой. – Но мы с Бекой были самыми лучшими подругами в третьем и четвертом классах. И мне до сих пор не верится, что я вернулась. Она шагнула вперед и снова крепко обняла Беку. «Самыми лучшими подругами? – лихорадочно соображала Бека. – Что-то не могу припомнить лучшую подругу по имени Хани. Моей лучшей подругой в четвертом классе была Дина Мартисон»

Знаете, чем эта книга сразу понравилась? Причём это было не что-то положительное и мне нравилось именно то, что это что-то было раскрыто достаточно серьёзно и без романтизации? Ох, это темы газлайтинга, психологического паразитизма, виктимности. Первая тема ещё в последнее время чаще стала освещаться, но две другие — или с фильтром "розовые очки", или настолько косвенно, что это не существенным становится. Здесь же, как бы то не было, эти темы раскрыты отлично.

Собственно завязку вы увидели в цитате, но если подробнее, то незнакомка объявила себя лучшей подругой главной героини, Ребекки, а после начала копировать стиль Беки и преследовать ее. Сама ж Ребеккка никогда с ней не дружила и только из-за приятного и неконфликтного характера не выяснила отношения сразу, о чем скоро пожалела. Самое удивительное (для меня так точно) — это не мистика и даже не ужасы, а скорее психологический триллер.

Что меня отталкивает от этой книги? Только его финал — неопределённый и весьма печальный, да и к тому же с не пойми откуда взявшимся важным сюжетным поворотом. Но тут, возможно, на любителя, так что разговоры про финал — это скорее предупреждение.

В общем, если хотите прочитать что-то из работ Р. Л. Стайна, но не особо любите мистические ужасы, то обязательно обратите внимание на эту историю. Вполне вероятно, что это именно то, что вам понравится

— О, вы! Это же вы! Подождите! Да я тут, в окне, обернитесь… Рукой машу, видите? Идите сюда, идите поближе, можете на подоконник присесть, тут никто не увидит. Маетесь в раздумьях, чего бы такого почитать у Роберта Стайна? А я тогда сейчас расскажу, что вас ждёт в «Лучшей подруге», чтобы вам было проще выбирать.

Что? Почему я вообще об этом говорю? Видите ли… Я отражение Бекки — той самой, о которой Стайн написал свой рассказ, — порой мне бывает до одури скучно в зеркале, особенно под вечер, вот я и подкрадываюсь через зеркальные коридоры к библиотечным окнам. Коротаю тут время и болтаю с теми, кто зависает у полок со Стайном слишком надолго. Выбрать-то сложно, у него книжек как почек на дереве по весне…

Так вот, «Лучшая подруга»! Я не очень знаю, что там происходит в остальных книжках Стайна. Сами понимаете, я заперта в рамках одной истории, поэтому какую-то выжимку по его творчеству дать не смогу. Но в моей «Лучшей подруге» нет никакой паранормальщины, только подростковое ультранасилие и сверхлюбовь. Вот представьте — я, то есть Бекка, тусуется со своими подругами, как вдруг в комнату влетает незнакомая девчонка и убеждает, что они с Беккой лучшие подруженьки ещё с младшей школы, после которой эта девчонка уехала, и вот сейчас вернулась и они теперь могут опять дружить, красота-то какая!

Бекки, конечно, от такого попросту прибалдела. И я вместе с ней, я хоть и адекватнее своей хозяйки, но всё ещё её отражение. Ну и окружающие тоже прибалдевали, хотя на них эта «Хани» практически не обращает внимание и стремится разговаривать исключительно с Бекки, начисто игнорируя остальной мир.

И вот знаете, мне как отражению сначала было даже радостно за Бекки. Ведь у неё появился кто-то, кто хочет знать о ней каждую мелочь и готов всё-всё про неё запомнить. Какая разница, кто на самом деле эта Хани и откуда? И где она была, когда её не было в городе? Меня это не заботило, да и Стайн оставил вам пространство придумать, это позволяет клёво пощекотать нервишки.

А потом мне стало как-то… Понимаете, эта Хани быстро начала не запоминать мелочи, а придумывать их, при этом потихоньку лишая Бекки личности. Хани натурально крала её вещи, стиль, словечки, даже, блин, проблемки в отношениях она копировала! Вот я — копия Бекки — обречена смотреть на то, как моя Бекки превращается в параноидальную шизичку, а её место занимает… Хани-которая-практически-как-Бекки-а-может-даже-лучше. Хани как-то качается маятником от «быть с нею» к «быть ею» и обратно, и ещё раз в другую сторону, и вновь...

Страшно?

Это ещё не страшно. Страшно будет в конце. Вы почитайте. А я пойду… Бекки скоро проснётся. На всякий случай я хочу быть рядом.