Поход семерых

"Когда мы отправляемся?"

"Сейчас", - голос льва внезапно стал очень громким. Ликующим. "Мы выходим сейчас!"

Они вышли из дома. Весенний ветер продувал их насквозь. На деревьях проклюнулись большие почки, Персиваль слышал, как внутри жестких коробочек шевелятся крохотные, млечно-зеленые листки. Он слышал, как тает снег, как растит под снегом трава, как бьется сердце птицы, оправляющей свои перья. Он любил их всех, но более не мог здесь оставаться.

- Ништяк, господин Король, - повторил Аллен, поднимаясь. - Это слово языка наших земель, означающее, что Господь нас любит, несмотря ни на что. Он сделает свет даже из темноты, если больше будет не из чего. И если мы согласимся...

- Истинно так, - отозвался король, и голос у него вдруг стал точь-в-точь как у Алленского отца, - здесь мы называем это - милосердием.