Семья Брэнгуэнов

Роман замечательного английского поэта и прозаика Д.Г.Лоуренса "Семья Брэнгуэнов" ("Радуга") был написан в 1915 году. На русском языке он выходил лишь однажды в 1925 году тиражом 5000 экземпляров и современному читателю практически не известен. Роман повествует о судьбах нескольких поколений фермерской семьи Брэнгуэнов, об их страданиях, любви, личных поражениях и победах, большое внимание уделено автором изображению внутреннего мира героев.

Жанры

Рейтинг LiveLib

3,3

6 оценок

5
17%
4
33%
3
33%
2
17%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 7Хотят прочитать 20

Рецензии

Ullen9 сентября 2017 г.
Очень таинственная книга «Семья Брэнгуэнов» попала ко мне в руки в рамках проекта «списанные книги». Совершенно неизвестное произведение английского писателя, авторству которого принадлежат популярные романы «Любовник леди Чаттерлей», «Сыновья и любовники», удивляющие меня таким контрастом между известным и забытым. Скудная информация о книге сподвигла меня разобраться. В библиографии с этим семейством Брэнгуэнов дело нечисто. Оказывается, этот роман также имеет название «Радуга» ("Радуга в небе" в русском издании) и дополняется продолжением «Влюбленные женщины». Так что же это за семейная сага и какие плоды-яблоки растут на этом фермерском генеалогическом древе?
Произведение делится на три смысловые части по поколениям семьи, в каждом из которых выделяется одна личность или пара. Начинается всё чинно, крепко и основательно, с добротного английского фермерского дома, сына Тома, взявшего в жены полячку с ребенком, девочкой Анной. Продолжая историю и род Брэнгуэнов, Анна даст жизнь Урсуле, которая и встряхнет слегка это застоявшееся семейство.
При обилии персонажей, автор без зазрения совести отбрасывает прочие, кроме этих главных, ограничиваясь общими фразами и упоминаниями о свадьбах-рождениях-похоронах. Сага сагой, но словесно распыляться и правда не стоит, душевных переживаний главных героев и так хватает с избытком. Тут стоит заметить, что книге-то с читателем не повезло, поскольку меня эти терзания ничуть не трогали, а то и вовсе казались похожими среди всех этих пар. Многословные, эвфемистические описания невероятного физического влечения кажутся неправдоподобными, их поцелуи под мечом лунного света, после которого мужчина навечно оказывается сломленным и «утратившим силу самца» меня только удивляют. Довольно многочисленные и продолжительные, хотя по нынешним меркам и вполне скромные и туманные, сцены телесного контакта в свое время привели к запрету его произведений. Меня эти «первобытная тьма», «нескончаемый источник жизни» и «безбрежная долина вечного бессмертия» больше раздражали.
Что касается характеров героев, то «Не верю!» вопию я после стопятьсотого перехода за минуту от отчаяния к возвышенному экстазу, от униженного раболепия к мгновенной ненависти без особых причин. Люди не тумблеры, чтобы по щелчку беспричинно ежеминутно менять свои глубинные чувства, не вурдалаки, чтобы под светом луны (да сколько ж раз он там упоминается) неоправданно превращаться в монстров саморазрушения и уничтожения своего партнера.
Теме внутреннего неудовольствия своей жизнью посвящено много страниц, полных одновременно и смиренного фатализма, и ужасных сцен душевной борьбы супругов, рвущих души друг друга в попытке понять или подавить. Не жениться нельзя, но и в браке автор подчеркивает болезненную тему подчинения. И это новобрачные, поженившиеся по собственной воле, влечению и без принуждения:
«Он сам понимал, что стал безумным, и это сознание остро терзало его. Но он упорно пытался управлять кораблем их совместной жизни, хотел утвердиться в правах капитана. А у ней одна мысль о подобном корабле и о капитане вызывала протест и возмущение. Он придавал огромное значение семейному началу, считая, что семьи образуют из себя великий флот человечества, и стремился придать себе важность главы одной из подобных семей. А в ее глазах такое сочетание семей было просто смехотворной флотилией лоханей, сталкивающихся между собой в пустоте. Она не чувствовала ни малейшей веры в их общественное предназначение, и это толкало ее издеваться над ним как над главой их дома. Ее насмешки заставляли его чернеть от злобы и стыда.»
Близкие люди каждый раз ломают злобно в друг друге все хорошее и светлое. Поколения разные, но счастливым лично я ни один брак не нахожу, скорей всего смирившимся. Очень странная позиция автора и однобокая.
Роман называют отчасти автобиографичным, но, надеюсь, личная жизнь писателя была счастливее. Часть описания быта он взял из собственной жизни, в романе есть и шахтеры, и школьная учительница, а также, помимо фермеров, мы видим большой срез жизни среднего класса. Не беднота, но и не аристократы, куда, однако, некоторые из них отчаянно стремились.
К вопросам религии отношение весьма неоднозначное, персонажи выказывают крайне противоположное отношение, чаще ехидно побеждает атеизм, давя наивную веру в чудо вместе с возвышенным настроем души. Описание духовного воспитания и образования, например, в школе, с телесными наказаниями и взаимными мучительными занятиями для учащихся и преподавателей, даны очень живо. Вообще, главы, где что-то происходит, читаются с большим интересом, пока автор снова и снова не запускает жернова перемалывания чувств и все иносказательно и необъяснимо.
Наверное, в этом я не романтик, хотя меня трогает такое количество поэтичных образов природы. Голубоватый иней мороза в Рождество, летние прогулки у журчащего хрустального ручейка, запах сена в осенних стогах и весеннее кружево цветущих яблонь находят отклик, волнуют и трогают души героев, логически завершаясь в финале видением роскошной радуги.
Повторяюсь, книге со «спасателем» не повезло. Я в принципе не люблю стиль этого автора, поэтому в рецензии много кажущихся минусов. Однако, если Вам по душе Лоуренс, они же будут для книги плюсами.

Читать далее
11
314