Легенда о счастье. Проза и стихи русских художников

Журналисты поднялись ко мне в комнату. Посмотрев мои картины и этюды, они что-то много говорили между собой. Было уже поздно, и двое решили остаться у меня ночевать. Портье принес матрац и одну подушку, положил на пол. Один из моих гостей лег на полу, другой свернулся на небольшом диванчике и продолжали разговаривать далеко за полночь. Интересовались, боюсь ли я медведей и Пугачева. — Ерунда, — ответил я. — Какие там медведи!.. — Теперь, может быть, и нет, а прежде были. Я узнал еще, что в России все едят снег, и что снег у нас другой — как мороженое, и что русские любят кататься по льдинам, которые постоянно плавают по Волге. Утром, когда я проснулся, моих гостей уже не было. А через день двое опять пришли ко мне и принесли газету. В ней тоже было написано про снег и медведей в России, выражалось изумление, что живопись моя не похожа на русские иконы, рассказывалось, что русские часто замерзают, их тогда кладут на печку — оттаивать, и покуда замерший не оттает — все плачут и возносят моления. — Верно? — спросил меня журналист. — Верно, — согласился я. — Еще наливают замерзшему в рот воды, и когда вода во рту закипит, то значит — жив. Мой новый друг обиженно посмотрел на меня — ему было трудно расстаться с легендой.

К.Коровин Испания