Детство. В людях. Мои университеты. Пьесы

...русские люди, по нищете и скудости жизни своей, вообще любят забавляться горем, играют им, как дети, и редко стыдятся быть несчастными.
В бесконечных буднях и горе - праздник, и пожар - забава; на пустом лице и царапина - украшение...

Умереть - не велика мудрость, ты бы вот жить умела!

По моим наблюдениям, родственники относятся друг ко другу хуже чужих: больше чужих зная друг о друге худого и смешного, они злее сплетничают, чаще ссорятся и дерутся.

Когда человеку лежать на одном боку неудобно, он переворачивается на другой, а когда ему жить неудобно – он только жалуется. А ты сделай усилие – перевернись.

- Может быть, мне уйти?

• Нет, не беспокойтесь! Я не считаю вас предметом одушевлённым...

Правил у нас много, а правды нет.

Жизнь ломает людей без шума, без криков... без слёз... незаметно...

Я всё-таки спросил его в один из таких часов:

• Зачем вы пугаете всех, ведь вы - добрый?

• Это я только к тебе добрый.

• А пожалуй, верно, я ко всем добрый. Только не показываю этого, нельзя это показывать людям, а то они замордуют. На доброго всякий лезет, как бы на кочку в болоте... И затопчут.

...как выдумал, что нет его умнее, с той поры и озлился и глупым стал.

- А кто лучше: французы или русские?

• Ну, как это знать? Я ведь не видал, каково французы у себя дома живут,- сердито ворчит он и добавляет: - В своей норе и хорёк хорош...

Жизнь украшают дураки. Дураков – немного. Они всё ищут чего-то, что не им нужно, не только им одним… Они любят выдумывать проспекты всеобщего счастья и тому подобной ерунды. Хотят найти начала и концы всего сущего. Вообще – делают глупости…

"Хозяин тот, кто трудится".

Наблюдения за пороками людей — единственная забава, которою можно пользоваться бесплатно.

Перчихин. Вот у птиц - хорош порядок! Оперился птенец - лети на все четыре стороны... никакой ему муштровки от отца с матерью нет...".

В отношении к человеку чувствовалось постоянное желание посмеяться над ним, сделать ему больно, неловко. И было странно, что книги, прочитанные мною, молчат об этом постоянном, напряженном стремлении людей издеваться друг над другом.

• Там у вас студенты много балакают о любви к народу, так я говорю им на это: народ любить нельзя. Это - слова, любовь к народу... (...)
• Любить - значит: соглашаться, снисходить, не замечать, прощать. С этим нужно идти к женщине. А - разве можно не замечать невежества народа, соглашаться с заблуждениями его ума, снисходить ко всякой его подлости, прощать ему зверство?

Книги - читай, однако помни - книга книгой, а своим мозгом двигай!

Вы знаете, почему в России много пьяниц? Потому что быть пьяницей удобно. Пьяниц у нас любят. Новатора, смелого человека - ненавидят, а пьяниц - любят. Ибо всегда удобнее любить какую-нибудь мелочь, дрянь, чем что-либо крупное, хорошее...
<...> У нас в России... у нас в России... Как это странно звучит! Разве Россия - наша? Моя? Ваша? Что такое - мы? Кто - мы?

Боюсь я кротких людей, которые благочестивые! Буйный человек сразу виден, и всегда есть время спрятаться от него, а кроткий ползет на тебя невидимый, подобный коварному змею в траве и вдруг ужалит в самое открытое место души.