Папийон. Ва-банк

Я не могу вычеркнуть из жизни свое прошлое, я должен реабилитировать себя во что бы то ни стало , прежде всего в собственных глазах, а потом уже перед другими.

Если ты думаешь, что сможешь выпутаться, молодой петушок, то глубоко заблуждаешься. Мои руки, может, и не похожи на когти, но зато я вырастил когти в сердце, и они готовы растерзать тебя на куски.

По заведенному правилу, исполосованное в клочья тело посыпают солью и человека оставляют лежать на солнце. На голову ему кладется широкий мясистый лист какого-нибудь растения: наказуемому умереть под плетьми не возбраняется, а от солнечного удара никак нельзя!

А прокаженные с Голубиного острова! Эти несчастные узники, заражённые страшной болезнью и тем не менее не лишенные благородного порыва души! Помочь в беде человеку- это ли не мужество и красота их сердец!

"И вновь я держу в руке символический трезубец — сила, дух, воля."

Четыре года в мировой истории – сущий пустяк.
Четыре года в жизни восьмилетнего ребенка – очень значительный срок.

Перо иногда куда опаснее пистолета.

на каторгу отправляется все-таки больше простофиль, чем жуликов, и больше обывателей, чем настоящих проходимцев

Человека никогда нельзя считать пропащим. Что бы он ни совершил, в жизни всегда наступает момент, когда ему хочется искупить свою вину, когда он сможет стать полезным обществу.