А. Ф. Лосев. Из ранних произведений

Грамматика и риторика имени, не говоря уже об его логике, дедуктивной и индуктивной, есть нечто, оставляющее нас всецело в сфере максимально–смысловых характеристик, понимая под смыслом именно данный смысл, о логике, грамматике и риторике которого и идет тут речь.

умозаключение (силлогизм) есть логос эйдоса, данного как алогическое становление.

...сущность жизни заключается в самоощущении, в самосоотнесенности, в для–себя–бытии.

Предмет имени — опора всех судеб имени; первая диалектическая установка — диалектика внешней явленности эйдоса и ее необходимые категории.

Если раздельное мышление есть знание себя и знание иного как себя, то сверх–умное мышление есть только знание себя без всякого знания иного, понимать ли это иное как вне его сущее или сущее в нем самом.

Если предмет вообще есть нечто, то это значит, что предмет отличается от иного. Если предмет ничем не отличается от иного, то нельзя сказать и того, что он есть нечто.

...вполне ли гарантируется адекватное понимание предмета слова исключением из слова всех его субъективных моментов?

...под «семемой» я условно понимаю в этом труде стихию субъективно–индивидуального отношения (понимания, интенции и пр.) к предмету в слове (хотя это и не мешает его структуре быть чисто смысловой), и исключение семематизма из слова ведет, стало быть, к вне–индивидуальному отношению к предмету в слове (хотя это и не мешает вне–индивидуальному быть данным в субъекте).

Когда убран освещаемый предмет, то остался только освещающий луч...

Имя есть прежде всего звук. В дальнейшем мы увидим, что сущность имени ничего общего не имеет со звуком.