Вечная эйфория. Эссе о принудительном счастье

Лучшее доказательство того, что все мы так или иначе обуржуазились,- наше преклонение перед почти обожествленной экономикой. Ныне она играет роль Абсолюта, определяет степень нашего удовлетворения или недовольства,иначе говоря, не служит нам, а диктует нашу судьбу. Поэтому в современном мире смешались понятия комфорта, благополучия и счастья; поэтому мы с таким почтением относимся к деньгам; мы все ударились в протестантизм, как толковал его Макс Вебер,мы верим в благую силу денег, верим в то, что деньги - добродетель.Возможно, слабость любых утилитаристских доктрин в том, что они постулируют некое обязательное для всех Верховное Благо и считают возможным всеобщее согласие на разумных основаниях. Их сильная сторона - прогрессивная политика, которая отстаивает завоевания welfare state, но они доходят до абсурда, когда безапелляционно устанавливают правила этого благоденствия и подвергают дискриминации каждого,кто с ними не согласен. Когда, например, заядлого курильщика штрафуют на том основании, что человек,вредящий своему здоровью,делает себя несчастным.

Планы счастливой жизни наталкиваются по меньшей мере на три парадокса. Во-первых, как уже было сказано, понятие счастья слишком неопределенно. Во-вторых, едва счастье достигнуто, как оно сменяется скукой и апатией (с этой точки зрения идеалом была бы утоленная, но постоянно возобновляющаяся жажда счастья, только тогда можно избежать как отчаяния, так и пресыщения). И, наконец, непрерывное счастье настолько исключает всякое страдание, что делает человека безоружным перед ним, если оно все же возникает.

Нередко люди,осыпанные почестями и наградами,видят в своих регалиях приглашение в могилу-ведь им уже выдана окончательная оценка.Поостережемся же делать выводы,оставим каждому возможность упасть,подняться,заблудиться,не будем связывать его своим приговором.Теория реинкарнаций по своему верна:здесь,на земле,мы можем прожить много жизней,возродиться,начать сначала,свернуть в другую сторону.Главное.иметь право сказать"я прожил",а не "я отбыл" свою жизнь.Нет ни спасения,ни проклятия,все мы умрем "где-то на середине пути"(Райнер Мария Рыльке)

Мало-помалу в представлении людей путаются понятия трудности и несчастья:препятствия воспринимаются не как обычные испытания.которые жизнь ставит на нашем пути,а как личное оскорбление,за которое полагается компенсация.Мы не отличаем мучительное от неприятного,досадное от фатального и при малейшей неурядице поднимаем крик:все против нас,нас не любят!Из-за такого непрерывного смешения едва ли не каждый день появляются новые бедствия,как будто под ногами идущего горят земля.Что допускалось прежде,ныне исключается;любая отсрочка или помеха в получении желаемого возводиться в трагедию.Исключается даже такая банальная вещь,как физическое усилие<..>Впрочем,и умственный труд считается обременительным<..>Мы теряем чувство меры,драматизируем каждую мелочь.Мы легко впадаем в пафос,и это не способ подняться над буржуазной серостью,как было у романтиков,а следствие хронического нытья.<..>

" Важнее же всего восстановить нормальную шкалу ценностей и заменить звонкую или, наоборот, глухую монету другими видами богатства: культурного, эстетического, духовного. ... Надо не довольствоваться малым, а находить повсюду не имеющие денежного выражения и утилитарной ценности блага, продолжать старую революционную борьбу за роскошь для всех, красоту, доступную и самым неимущим. Роскошь сегодня - это всё то, что становится редкостью: общение с природой, тишина, размышления, неторопливость, удовольствие жить на свой лад, плодотворная праздность, наслаждение шедеврами духа - всё, что не покупается, потому что буквально не имеет цены."

До тех пор, пока счастье оставалось "прекрасным упованием" (Цицерон), о нем мечтали, к нему устремляли неумные желания. Когда же оно стало единственной елью демократических обществ, достижимой с помощью труда, усилий и воли, то, вполне понятно, превратилось в источник беспокойства. Неважно, что искупление касается ныне не только души, но и тела, от этого ничего не меняется: чтобы стать достойным своей сущности, нужно искупить грехи; организм в любом возрасте нуждается в усовершенствовании и починке. Счастье никогда не оставляет меня в покое, отравляя мне жизнь неисполнимыми требованиями.