Ход Снежной королевы

...я в совершенстве узнал англичан и понял, что нет ничего проще, чем изображать их. Надо просто делать вид, что все остальные люди для тебя не существуют.

Наверное, дело в какой-то болезни богачей – они швыряют миллионы на ветер и пытаются сэкономить в малом.

... в полиции далеко не все так просто.

– Человека пугают с одной-единственной целью: внушить ему страх.

Не забывайте, что вторым прозвищем короля Филиппа Красивого было Филипп Фальшивомонетчик, и он отчаянно нуждался в золоте.

Я уже решил, что когда вырасту, пойду служить в полицию, как она. Потому что защищать людей от преступников – благородное дело, ничуть не хуже, чем быть мушкетером.

– Кстати, Лефер – ваше настоящее имя?

– Конечно! А что?

– А то, что фамилия Аржантей образована от слова l’argent, серебро, а ваша – от слова le fer, железо. Занятное совпадение, не правда ли?

– Скоро наши беды так или иначе закончатся. Или мы найдем убийцу и прикончим его, или он прикончит нас. В любом случае волноваться нам совершенно не о чем.

– Если ты не знаешь о чем-то, то вовсе не значит, что этого не существует!

День уползал в свою нору, как раненый зверь.

– Да, – вздохнул я. – И еще тот человек похитил тетрадь Северена с расчетами.
Вообще-то я сказал «упер», но в литературном произведении такие слова употреблять не годится.

– Видишь ли, – рассудительно сказал мой учитель фехтования, набивая трубку, – когда взрослые спрашивают у ребенка, кем он хочет стать, они имеют в виду реальность, а ребенку кажется, что его спрашивают о его мечте. Поэтому тебе и твоим родителям никогда не понять друг друга.

Впрочем, в наше время слуги все больше похожи на аристократов, а аристократы – на нашкодивших лакеев. Возможно, это следствие того, что они частенько меняются отцами.

Можете говорить все, что угодно, но когда женщину называют «особой», это характеризует ее не с самой лучшей стороны.

– Я не ребенок, – обиженно отозвался я.
Арман поглядел на меня и улыбнулся.
– Конечно, ребенок, раз так упорно отрицаешь это, – возразил он.

– Не надо кормить меня байками о свободе прессы, которой, замечу, я сам и плачу.

– Но откуда вам все это известно? – ахнул Фредерик, глядя на нее широко раскрытыми глазами.
– Из книг, мой дорогой, из книг, – с улыбкой отвечала Амалия. – Надо читать книги, чтобы найти ответы на многие вопросы.

Как говорят у нас на набережной Орфевр, сидеть иногда лучше, чем лежать.

... нет таких друзей, которые не сумели бы стать врагами.

Сами знаете, месье дю Коломбье, как это серьезно, когда даже ваши враги забывают о вашем существовании.