Ангел за правым плечом

И откуда же во всех нас это желание казаться хуже, чем мы есть на самом деле?

- Игорь, - говорю, - по телефону, даже на громкой связи, можно и потише разговаривать. А то у меня даже на стадионе так громко орать не получается.

И ведь помочь ему - ничем не поможешь.
Помочь можно только тем, кто слабее.
А он, даже такой, разобранный, - все равно всем нам фору даст - и все одно обыграет, если ему это на самом деле реально понадобится.
Правда, - какой ценой...
Но это уже, увы, не имеет к самому понятию силы ровным счетом никакого отношения...

А Игорь у нас не злопамятный.
Просто злой.
И память хорошая.

- А что алкоголь? - фыркает. - Алкоголь - это только симптом. Болезнь глубже.

Гарри кивает и делает такие сложносочиненные щщи, что я даже не понимаю, чего мне больше хочется, плакать или смеяться, на них глядючи.
Все-таки психолог он - никакой, думаю.

Я молчу, курю.
А что тут скажешь?
Тут лучше просто помолчать.
Послушать.
Ему сейчас даже не жилетка нужна.
Стенка.
Чтобы об нее обыгрываться.
Как для теннисиста, который, как удар по мячу идет, вспоминает после затянувшейся травмы.
Мышцы помнят, рефлексы остались - значит, восстановится.
А если нет, - значит, не судьба.

Ведь, в сущности, нас с вами нет. Мы никому, кроме нас самих, не нужны, и это даже не поколенческое. И не этническое. Мы, к примеру, не ходим на выборы - не потому, что не хотим участвовать в жизни нашей страны, а потому, что нам не с кем себя в этом зверинце идентифицировать. Для нас не пишут книг, не сочиняют песен, не снимают фильмов. Нас даже не учитывают в качестве аудитории при разработке рекламных кампаний.

Помочь можно только тем, кто слабее.

Игра равна – сыграли два говна.

Шарик, он, сцуко, – круглый.
И не захочешь, а встретишься…

Выбрал – значит владей.
И будь готов к тому, что за это владение рано или поздно придется нести ответственность.

А как понять кто нам свои, а кто чужие? Вот вроде нормальный человек, а копнешь поглубже и дерьмо полное.

Да, время, сцуко, идет оно конечно...
И с этим, увы, ничего не поделаешь.
Просачивается тварь, как песок сквозь пальцы, где-нибудь на солнечном тропическом пляже. И — застывает холодным бездушным мрамором, на который только и можно что смотреть, а трогать руками —уже противопоказано.

Игра со смертью — это достойная игра, как бы она ни обзывалась

На обиженных, как известно, - хрен кладут и воду возят.