Рассказы. Прощай, оружие! Пятая колонна. Старик и море

Я вышел и вдруг почувствовал себя одиноким и опустошенным. Я очень легкомысленно отнесся к встрече с Кэтрин, выпил лишку и чуть не забыл, куда иду, но, не увидев ее, ощутил одиночество и пустоту.

- Когда вы пойдёте ко дну, вряд ли будете меня благодарить.

• Что он говорит?
• Желает нам удачи.

-... на кого он похож?

• Он похож на освежеванного кролика со сморщенным старческим личиком

у машины, которая казалась обобранной и униженной, оттого что мотор был открыт и части выложены на подножку

– У меня была желтуха, – сказал я. – Мне нельзя напиваться.
– Ах, бэби, в каком виде вы ко мне вернулись: рассудительный, с больной печенью. Нет, в самом деле, скверная штука война.

Три года я была очень наивна и надеялась, что война кончится к Рождеству. Но теперь я надеюсь,что она кончится, когда наш сын будет лейтенантом.

Ей нужен был человек, которого можно уважать.

– Сука, – сказал он. – У суки щедрые руки. Это поэзия. Я сейчас полон поэзии. Скверны и поэзии. Скверны и поэзии.

– Мы должны сделать все, что в наших силах.
– Делай ты, – сказал он. – А я устал.

Усё ў яго было старое, апроч вачэй колеру мора, вясёлых і непераможных.