Цитаты из книги Драмы. Басни в прозе

Уж кто не может Решиться вдруг устроить жизнь свою По-своему, тот раб других навеки.

Ведь деньги занимать немногим лучше, Чем нищенствовать, право; точно так же, Как с лихвою ссужать немногим лучше, Чем красть.

Пытливый взгляд нередко видит больше, Чем видеть он желал бы!

Народ мой презирайте как угодно. Ни ваш народ, ни мой не нами выбран. Мы - не народы наши. Что - народ? При чем он здесь? Еврей и христианин - Не люди ли сперва, а уж потом Еврей и христианин? Ах, когда бы Мне удалось найти в вас человека, Хоть одного найти еще, который Довольствовался б тем, что человеком Зовется он!

Кто больше сам, тому и места больше. Коль густо великанов насажать, Они себе лишь ветви обломают. А вот таких умеренно-хороших Людей, подобных нам, везде довольно. Не надо лишь друг друга осуждать. Не надо только шишке пред сучком Кичиться, и не надо лишь верхушке Воображать, что будто бы она Не из земли растет, как все на свете.

Что благо наименьшее - богатство, А мудрость - наибольшее.

Разве не верна Пословица: две пятерни у чёрта Монах да баба, баба да монах?

Нехорошо, когда властитель - коршун Средь падали; когда же сам он падаль Меж коршунов - совсем уж дело дрянь.

Что набожно мечтать гораздо легче, Тем поступать по совести и долгу: Кто волей слаб - охотно предается Таким мечтам, чтоб только - сам порою Не сознает он умысла, - чтоб только От добрых дел себя избавить.

Ведь должность - только платье на тебе.

У нас есть деньги, пока они есть у наших друзей.

"У принцев нет друзей, у них не может быть друзей!" А в чем причина, если это так? Причина в том, что они не хотят иметь друзей. Сегодня они удостаивают нас своим доверием, делятся с нами самыми тайными желаниями, открывают нам всю душу, а завтра мы для них так же чужды, словно они никогда не обменивались с нами ни единым словом.

Нет ничего презреннее, чем буйная юношеская голова с седыми волосами!

Принц - человек галантный. Ты слишком мало привыкла к языку галантности, а он ничего и не значит. На этом языке простая любезность становится чувством, комплимент - клятвой, каприз - желанием, желание - умыслом. Ничто звучит на этом языке как все, и все на нем значит то же, что ничего.

Если она сходит с ума от любви, то рано или поздно это случилось бы с ней и без любви.

Мыслящий художник удваивает ценность своего труда.

Вот женский ум! Что ни измыслит, все Сумеет приукрасить.