Из тупика. В двух томах. Том 2

Книги — это нечто устойчивое, приходящее только с миром, когда уют и покой в домах, когда человек сыт и спокоен, — вот тогда он вечером садится возле огня, гладит кошку и с любовью раскрывает книгу. Это — волшебные минуты!

Россия — такая страна, из которой ножничками для ногтей правды не вырежешь!

Уступить жестокой правде, уступить обстоятельствам — это ведь качество сильного человека. Слабый человек способен только отступить, но он никогда не может уступить.

В мембранах — голос коммандера:
— Русский комиссар советует перенести огонь на дорогу!
О'Шелли круто разгоняет дальномер по журчащему, как весенний ручей, кругу подшипников барбета. Рыжеватые глаза ирландца выискивают сейчас в скрещении оптики хотя бы подобие дороги — хотя бы намек на то, что принято в Европе считать дорогой.
И, ничего не найдя, он откачивается в пружинящее кресло.
— Может, русский комиссар пьян? — передает он по телефону на мостик. — Разве в России есть дороги?.. Куда наводить?

По ночам обостреннее текут мысли, точнее — обобщения.

Всегда лучше уйти, нежели убежать. Я согласен, что в любом случае армии короля будет стыдно. Но позор станет несмываем для Англии, если мы дадим большевикам разбить нас. А потому — лучше уйти, неслышно затворив за собой двери. Пусть думают в мире, что мы вполне приличные гости... И не засиживаемся!

Ананас штука редкая, господистая. Ежели даму соблазнить желание имеешь, то без такой ананасины - хрен к ней подкатишься...

русский человек природный партизан. Он всегда партизан лучше, нежели солдат.

- Это вы к чему мне говорите, отец Ионафан?

- А к тому, инженерна-ай, что мне капитан Смолл в зубах навяз. Хлебало ему набить не могу, ибо ныне в святости пребываю. Но я не прощу, что он в мои духовные дела с палкой да сигарой лезет. Я его, сукина сына, на такой фертоинг поставлю...

- Если победят немцы -Европа превратится в сплошной концлагерь; если победят союзники - Европа станет образцовым сумасшедшим домом.

- Похоже, да и нам негоже... Оно правда: семь пядей во лбу надо иметь, чтобы раскумекать. Кто говорит - правильно. Кто орет, что нас давно уже за тушенку предали. Добро бы тушенка была, а и той нету... Да разве тут, сынок, без бутылки разберешься! Я уже старый, жизнь прожил, хрен с ыми. Молодым, вам, разбираться!

Начали войну с трехлинейки, штыком да лопатой, а заканчивали, словно марсиане, в противогазовых масках, похожих на свинячьи рыла, и огнеметы извергали на окопы горящий студень.

- Ящик мартеля! - расщедрился Коротков. - Только залейте глаза этой комиссии. Вы ведь истинно русский человек и сумеете подать товар лицом, с бубенцами и колокольчиками...

Умница - в артиллерии,

Дурак - в кавалерии,

Прошелыга - в пехоте,

А пяьница - на флоте.

- А вы, святой старче, не слишком-то в бутылку залезайте. Ваше пламенное преподобие потом из запоя лимонадами да молитвами по пять суток всей командой выпрягаем.

Мичманам таких женщин по уставу иметь не положено. Ибо это попахивает распродажей казенного имущества на подарки....