Никогда в жизни!

Никогда в жизни я бы не подумала, что могу быть такой счастливой. Как здорово, что мой бывший ушел к Йоле, иначе я бы сидела сейчас на пятом этаже блочного дома, в приватизированной квартирке, и в голову бы мне не пришло, что можно заняться чем-то другим! И огорчало бы меня то, что он открыл себе в банке дебетный счет. А я не могла бы себе этого позволить! Я люблю Йолю! И пусть у нее не будет ветрянки! Видимо, я повредилась в уме, если желала зла такой превосходной женщине. Ведь она уже наказана тем, что этот тип с ней.

У Гжесика тоже случались трудные моменты в жизни.
Первый раз — когда их накрыли со всем трехтысячным тиражом Бора-Комаровского. Диссиденты думали, что полностью законспирированы, а коммунистические власти просто ждали, когда они все напечатают. Тогда один симпатичный кзгэбэшник похлопал Гжесика по плечу и шепнул на ухо:
— Не беспокойтесь, ничего не пропадет, наши знакомые — большие любители таких глупостей.
Вот тогда Гжесика посадили на год. Он говорит, что там было замечательно, потому что больше нигде и никогда потом ему не приходилось знакомиться с таким количеством интересных людей. Сегодня он знаком с половиной из тех, кто в правительстве.
Я живу в стране, в которой с членами правительства знакомятся в тюрьме. Интересно, сохранится ли такое в будущем?

Дорогая редакция!
Не знаю, как быть. Я узнала, что у мужа есть другая женщина. Она знакома с детьми, они вместе ходят в кино, уже два года вместе ездят в отпуск. Моя жизнь пошла прахом. Как его удержать? Он для меня все! Дети просят меня прекратить устраивать истерики, сторонятся меня, а я плачу дни и ночи напролет и умоляю его не уходить, принять во внимание все совместно прожитые годы. Муж унижает меня каждым своим действием, хотя знает, что я его больше жизни люблю. Что же делать?

Что делать? Эх ты, дура, — убить! Пустить по миру, пускай убирается к своей вертихвостке, а ты начни новую жизнь! И что ты к нему прицепилась как репей! Надо иметь хоть каплю собственного достоинства, идиотка!