Пока мы лиц не обрели. Сборник

По-моему, единственное различие между явью и сном заключается в том, что первую видят многие, а второй — только один человек.

Повествования не плодятся, как мыши; их рассказывает человек, и каждый рассказчик или меняет их, или нет.

...при желании можно вычитать из текста все что угодно... Я с удивлением узнавал из хвалебных и из враждебных рецензий, какие глубокие аллегории содержатся в моих научно-фантастических книжках.

Иногда приходится подавлять нужду в другом человеке, но никогда ни в ком не нуждается только отпетый эгоист. Иллюзорное ощущение, что одному быть хорошо, — плохой духовный симптом, как плохой симптом — отсутствие аппетита, поскольку человеку действительно нужно есть.

У Бога есть все, а наша любовь-нужда, по слову Платона, — дитя Бедности. Она совершенно верно отражает истинную нашу природу. Мы беззащитны от рождения. Как только мы поймем, что к чему, мы открываем одиночество. Другие люди нужны и чувствам нашим, и разуму; без них мы не узнаем ничего, даже самих себя.

Прежде смерти приходит умирание. Это только в сказках люди умирают мгновенно.

Теперь я знаю, Повелитель, почему ты не отвечаешь нам. Потому что ты сам- ответ. Пред твоим лицом умирают все вопросы. Разве есть ответ полнее?

... Уж таковы мужчины: даже самые надежные из них подводят в такой час, потому что сердце их никогда не способно полностью сосредоточиться на чем-то одном. Еда, выпивка, сон, игра, новая баба всегда могут отвлечь их внимание, и с этим, будь ты хоть царица, ничего не поделаешь.

Материнская любовь — прежде всего дар. Но дарует она, чтобы довести ребенка до той черты, после которой он в этом даре нуждаться не будет. Мы кормим детей, чтобы они со временем сами научились есть; мы учим их, чтобы они выучились, чему нужно. Эта любовь работает против себя самой. Цель наша — стать ненужными. «Я больше им не нужна» — награда для матери, признание хорошо выполненного дела.