Праздники любви

​Это не любовный роман. Это роман о Любви. В нем нет ничего кроме Любви. Именно с большой буквы. Это просто всепоглощающая Любовь Нестора к Элен. Всеобъемлющая, невероятная, романтичная. Кроме неё нет вообще ничего. Любовь во всех ее видах. Плотская, возвышенная, идеализирующая и вдохновляющая. Любовь, переставшая быть характеристикой человека. Вышедшая за рамки приличий и обыденности. Прекрасная во всех своих проявлениях и во всех своих откровениях. Это чувство, которое нужно проживать, а не смотреть и не читать. Сопереживая Нестору, смотреть на Элен, восхищаться Элен, желать Элен, жить Элен. Роман рассказывает нам о том, как растёт Нестор и его Любовь от детских шалостей и подростковых глупостей до взрослого обожания. Чудно то, что каждый возраст звучит по особому. В каждом возрасте есть свои особенности, свой уникальный язык повествования, свои проявления и встречи. От начальной школы до пенсионного возраста. И Любовь прожившая целую жизнь все так же прекрасна. Там есть глава, состоящая из одного предложения "мы любили друг друга". И этого достаточно. Достаточно не только для главы, но и для целой книги. Для автобиографии. Для самого красивого романа. Эту строчку нужно класть в тумбочки отелей. Набивать татуировки. Делать паролями на входе в Тайный клуб. А ещё там есть часть, которая называется "камасутра". И вы, многоуважаемые читатели, должны знать, что содержание соответствует названию. А ещё, там есть строчка: "я напишу книгу, в которой ты вернёшься ко мне". А ещё, в ней множество отсылок ко всему на свете. К географии, истории, мировой литературе и детским мультикам. К рекламе, болезням и творчеству. Ко всему тому, о чем мы обычно не вспоминаем. Это настоящий постмодернизм во всей своей красе. А помните ту историю о том, что себя можно познать только в зеркале других? Так вот здесь во всей красе полная противоположность. Через видение других можно познать себя. И или героя. Спойлер.

Дальше...

Они были вместе. Всю жизнь. Так или иначе. Элен 61. У неё отекают ноги. Она стара. И она принимает это. Перед окнами ее номера огромными буквами написано ЭЛЕН. И это самое прекрасное, что я когда либо читала о любви!

Следовало поставить точку после первой части и завершить произведение. Тогда это была бы уморительная пародия на детскую мальчишескую страсть. Были бы уместны витиеватые эпитеты и замысловатые аллегории. Это было бы действительно забавно, довольно ново и свежо.

Но потом Остапа понесло. И стало ясно, что никакая это не пародия, а, простите, тошниловка какая-то. На главе про собачек и лошадок из экскрементов спящей Элен на её ножках уже выть хотелось. Это не возбуждает. Не увлекает. Я сейчас не только про собачек из дерьма, я сейчас в целом обо всём, что после первой части. От эротических излияний - до ведра помоев про старость и прочие прелести этой книги. Про некрофилию молчу.

Извините. Не моё. Вообще, совсем, абсолютно. Это вынесло мне мозг. Все остатки.

Флэшмоб 2017: 59/67.