Истории, которые мы можем рассказать

Терри начал понимать, что другая сторона любви - это вовсе не ненависть. Изнанка любви - раздражение.

Музыка существует не для того, чтобы спасти мир, она существует для того, чтобы спасти твою жизнь.

Их музыка была больше, чем просто саундтрек, она была аппаратом по поддержанию жизни - от детства и через подростковые годы к тому, что считалось зрелостью. Им всем теперь, вероятно, предстояло найти нечто другое, ради чего они будут жить, а музыка будет просто чем-то, к чему они время от времени будут возвращаться, - как память о том, кого вы потеряли.

Наверное,счастье замечаешь лишь тогда, когда оно остается в прошлом.

How many nights without sleep? Almost three.

On the third morning you started seeing things. It could be anything...

— Как ты думаешь, что лучше? — вдруг спросила она, — Никогда не меняться, оставаться всегда тем же самым человеком, каким ты был в подростковом возрасте, — или вырасти из всего этого и достойно состариться?
— Мы никогда не состаримся, — улыбнулся Терри. — К тому моменту, как мы начнем стареть, уже изобретут средство от старости.

Он по-настоящему любил ее. Его слова были не просто пустой лестью, острой приправой к сексу. Леон любил ее, несмотря на то что почти не знал. Как у него это получалось? Как можно любить кого-то, кого ты даже не знаешь?
Ему было всего лишь двадцать лет, и это было просто.

Терри вспомнил фразу, которую недавно услышал от Рэя Дэвиса. Музыкант признался, что готов зарыдать всякий раз, когда знакомится с чьей-нибудь коллекцией записей. Это ведь так трогательно — видеть разложенные перед тобой пластинки, такие беззащитные, распростертые и с годами вытесняемые другими. А все потому, что среди поцарапанного винила и помятых конвертов заключены все надежды и мечтания чьей-то личной вселенной — все то, чего хочет, в чем нуждается и по чему тоскует молодое сердце.

"Не застревай в рок-н-ролле, приятель. Люди начинают относиться к нему как к государственной службе- работе на всю жизнь. Но музыка для этого не предназначена."

'What's your name?' Leon said, when what he meant was – may I love you for ever?

Однажды ты поймёшь, что люди, которым не всё равно, которые якобы несут любовь в массы, – это самые бессердечные мерзавцы на свете.

— Сэр, — обратился к нему молодой коп, — позвольте поинтересоваться, почему вы водите как псих?

Одна из бывших девушек порвала с ним прямо у входа в закусочную «Уимпи», поэтому Терри считал, что знает женщин. Однажды он выкурил косяк гигантских размеров, поэтому считал, что знает толк в наркотиках. И когда-то бросил школу, получив место на заводе по производству джина — чисто временно, пока не станет известным во всем мире журналистом, — поэтому считал, что знает жизнь. Но вскоре Терри обнаружил, что на самом деле ничего не знает.

Скипу часто недоставало дома, но никогда - крыши над головой

Интересно, на сколько процентов мы сами выбираем человека, с которым в итоге оказываемся, и на сколько процентов все это — чистая случайность? Вот в чем заключалась загвоздка! Вокруг вас было полно людей, которых вы могли полюбить, если момент был подходящим, и если вам выпадал шанс, и если вы уже не дали обещание кому-то другому. Казалось, все решал случай.

В те краткие мгновения свободы, которая выпадает на твою долю, ты всегда ищешь способ избавиться от обрименительной свободы и всецело кому-то принадлежать. Ты отправляешься на поиски новых миров, а затем находишь их в одном-единственном лице.

Their music was more than a soundtrack – it was a life-support machine from childhood through adolescence and into what was passing for maturity. Perhaps they were all going to have to find other things to live for, and the music would be just something they came back to now and again, like the memory of someone you had lost.