Лоренцо Великолепный

На вкус держава горше, чем на вид (с)

«Лоренцо Великолепный, как и потомки его, был самым обычным человеком, покорным общему человеческому уделу».

«От Лоренцо Великолепного остались в памяти имя и образ счастливого правившего законного государя, соединявшего в своем лице идеал мыслителя с идеалом деятеля».

«Прекрасна младость назад не придет.
Назад не вернуть нам пропавшее время…
Не ценит блаженства безумная юность.
Однако прекрасны цветы по весне».

«Напрасно думаете, донны.
Что ввек нас не настигнет старость.
Что наша младость
При нас останется навек.
Года бегут и улетают.
Цвет нашей жизни увядает,
И нежным ведомо сердцам.
Что время ворог всем вещам…»

«Коль случай удалится – назад уж не придет».

«Мы семь планет небесных, с высот престолов наших
На землю опустились, чтоб вразумить людей
От нас приходят людям, и радости, и беды.
И то, что вас терзает, и то, что веселит.
Что будет с человеком, с живою каждой тварью.
С растением и камнем – все то решаем мы.
Кто против нас встает, того мы сокрушаем.
Кто вверится, того мы приветливо ведем».

«Светила светят на волхвов с царями.
Но я закону их не покорюсь:
Я верю, что лишь выбор человека
Ему укажет подходящий час».

«Зная, кто ее стяжает по наследству,
Что власть дает нам тысячи забот,
А с ними дух и тело изнемогут:
На вкус держава горше, чем на вид.
Кто хочет испытать, что значит править.
О высшем благе прежде помышляй,
И жизнь благую выбрать подобает.
Чтобы другим служила образцом…
Отринуть роскошь от себя и скупость.
В суде любому правду воздавать.
Быть ласковым, сердечным и любезным:
Владыка будь слугой своим слугам».

«О блаженном золотом веке остались только воспоминания и надежда, что когда-нибудь он вернется и не будет ни страстей, ни страхов, ни тягот».

«Марс дает людям силу, но властвует над ними Венера».

«В действительности Пацци тщательно подготовив внешнеполитическую почву своего переворота, ничего не сделали, чтобы заинтересовать в нем народ. Во Флоренции простые люди быстро поняли, что заговорщики хотят лишь занять место существующей власти, заменить одну диктатуру другой, а обездоленные слои населения от этого ничего не получат. Поэтому они решили Медичи и, в частности, Лоренцо, которого хотя бы уважали за внешний блеск».

«Во Флоренции тирания правящей партии выражалась в многочисленных притеснениях, отстранении от публичных должностей, а главное – в разорении благодаря дополнительному налоговому обложению. Чтобы уберечься от них, было необходимо вступить в союз со всевластными Медичи».

«Люди без всякого ропота смотрели на страшную казнь. Привыкшие к нужде и лишениям, они равнодушно наблюдали, как грызутся сильные мира сего».

«Смелее! Смерть страшна, но слава бессмертна!
Не померкнет память о моем деянье!»
Это клич стоящего на эшафоте юноши Ольджати разлетелся по всей Италии» (26 декабря 1476 года он убил тирана Галеаццо Марию Сфорцу).

«Но время творчества было и временем политики, финансовых дел и интриг. А когда Лоренцо забывал о делах, другие, пользуясь этим, ставили капканы для правителя Флоренции».

«Лоренцо был еще молодым человеком искавшим сиюминутных удовольствий, и не был обременен великими замыслами, которые могут увековечить человека в грядущих поколениях».

«Заметная деградация государственного строя не вызвала никакого протеста. Заботясь в первую очередь о физическом выживании, флорентийцы искали спасения в корпорациях и покровительстве грантов. Они старались забыть о тяготах жизни, участвуя в официальных торжествах и праздниках. Они подражали самому Лоренцо Медичи, который скрывал озабоченность государственными делами под маской благодушного юмора».

«Поиски прибыли были путеводной нитью политики в Италии. С изменением интересов менялись и политические союзы».