Клод Моне

Эта властная, решительная, сильная женщина дала ему то, чего не могла дать хрупкая Камилла, - чувство защищённости. Вероятно, Моне, как все люди творческого склада, нуждался именно в такой спутнице, способной испытывать к нему любовь сродни материнской. Ничего удивительного, ведь сам он лишился матери ещё подростком, в очень трудном и ранимом возрасте. Впрочем, любой психолог не задумываясь скажет нам - и будет совершенно прав! - что тема матери занимает в творчестве Моне центральное место. Ведь мать это вода, а вода и есть Моне.

«Моне попросил разрешения расстелить картину на земле, встал на колени и начал пожирать ее глазами. Он ничего не говорил, только склонялся к ней все ниже, так что казалось - ещё чуть чуть, и он начнёт ее лизать языком. В глубоком молчании прошло около двадцати минут. Наконец он поднялся с колен, ещё раз долгим взглядом посмотрел на Курбе, обнял моего отца и со слезами на глазах сказал ему: «Жосс, какое вы мне доставили удовольствие! Спасибо, что показали эту картину!» Потом мы снова упаковали «Источник» в ящик, а ящик опять привязали к крыше лимузина». ... «Когда подали десерт, Моне спросил, нельзя ли ещё раз открыть ящик, чтобы мы могли, как он сказал, пить кофе и курить а обществе Курбе. Наслаждаясь сигарой, он глаз не отводил от картины и на все Лады расхваливал ее достоинства. Потом вдруг неожиданно резко сказал: «Ну все, довольно. Упаковывайте назад. Я ее достаточно рассмотрел». У меня сложилось впечатление, что он влюбился в эту картину, как влюбляются в женщину - слишком красивую, чтобы расчитывать на взаимность. И он предпочёл ее больше не видеть, пока горе разлуки не захвалило его целиком...»