От художника - ребёнок, от другого - хлеб и кров! Ивонна сидела так, словно всё, что она открыла, могло поразить его разве что поверхностно, в сущности же, это было лишь подтверждение, болезненное разъяснение того, что они могли и должны были знать и так. Мужчина - лишь ступенька на пути обретения ребёнка. Сначала это был мечтатель, а когда её материнский инстинкт был утолён, она оставила его и взяла себе другого - Хозяина*, защитника, добытчика, служащего этому самому материнскому инстинкту, мужчину иного сорта; так она из раных мужчин собирает себе одного, который её устраивает, наполняет её как женщину. Каждый - она знает это, она понимает это, - каждый до отчаяния бывает поражён, узнав, что он не единственный и не всепоглощающй...