Ваша оценкаЦитаты
JohnMalcovich23 мая 2020 г.Американский генерал Смедли Батлер в своих мемуарах откровенничает: «Я провел 33 года и 4 месяца на действительной военной службе в наиболее мобильном виде наших вооруженных сил — корпусе морской пехоты… И в течение всего этого времени я служил громилой высшего класса для большого бизнеса, Уолл-стрита, банкиров.
034- JohnMalcovich23 мая 2020 г.
Но на пути наших войск встречались населенные пункты, покинутые всеми местными жителями. Их хозяйство, в том числе скот, было брошено на произвол судьбы. Командир 262-й дивизии генерал-майор З. Н. Усачев докладывал, что все жители освобожденных его частями деревень Бешкитанцы и Федорипши ушли в лес, оставив скот, птицу и незакрытые дома. Такие же доклады поступали и из других соединений. При этом командиры жаловались, что у них не хватает сил для охраны брошенного имущества.
023 - JohnMalcovich23 мая 2020 г.
— Он оставлял нам одну треть урожая, оберегал от мобилизации в немецкую армию, — отвечали забитые и одураченные работники.
016 - JohnMalcovich23 мая 2020 г.
В деревне Бояры поляк Ставицкий рассказывал, как он жаловался немецкому коменданту, когда у него забрали последнюю корову. Комендант сделал вид, что не причастен к этому, и ответил: «Вашу корову забрали литовские полицейские, у них и спрашивайте».
015 - JohnMalcovich23 мая 2020 г.Читать далее
Мы встретились с тем, что в отдельных селениях были обострены отношения между литовцами и поляками. Гитлеровцы разжигали национальную рознь. Например, острие недовольства местного польского населения они ловко обращали против самоуправления, во главе которого ими же самими были поставлены отъявленные враги народа — фашистские националисты из литовцев. Эти последние угодливо выполняли приказы оккупантов и часто усердствовали не меньше, а больше, чем сами хозяева. Польские школы (как и русские и белорусские) были закрыты, что вызывало протест поляков, а когда они обращались к оккупационным властям, то им объясняли это решением органов самоуправления.
014 - JohnMalcovich23 мая 2020 г.Читать далее
В начале 1943 года в том же Укмерге была организована публичная продажа детей 8–14 лет, привезенных из оккупированных районов Ленинградской, Калининской, Смоленской и Витебской областей. Больше всего их было доставлено со станции Синявино Ленинградской области. О продаже заранее объявлялось в местных газетах. Была установлена и норма: каждый помещик мог купить до 50 детей. Немецкий офицер на базаре выкрикивал: «Покупайте детей. Они здоровы — осмотрены врачом, на это есть документ». Дети были очень голодны и сами просили: «Тетя, купите меня. Мы очень хотим есть», «Дядя, купите меня. Мы очень голодные».
012