Подобно многим своим сверстникам, Мэтт Залески был рабом давно устоявшихся взглядов. Барбара не раз пыталась - хотя попытки ее и кончались горячими спорами - обратить отца в свою «веру», доказывая ему, что теперь стали шире смотреть на многое; что убеждения и идеи, некогда считавшиеся незыблемыми, при более глубоком рассмотрении обнаружили свою несостоятельность; что молодежь презирает не этические принципы своих родителей, а двуличную мораль, не старые критерии как таковые, а лицемерие и самообман, которые слишком часто прикрывают систему так называемых ценностей. Собственно, настало время поиска, активного эксперимента в духовной сфере, отчего человечество только выиграет.
Но все усилия Барбары оказались тщетными. Мэтт, не будучи человеком проницательным, воспринимал происходившие вокруг перемены лишь как нечто негативное и разрушительное.