Цитаты из книги Письма президенту

В минувшее воскресенье - ровно десять лет, как профессионалы Грачева убили журналиста "МК" Дмитрия Холодова. На кладбище, на панихиду мы вас не ждали. Не удивились и тому, что ни одного сочувственного слова ни вы, ни вся ваша вертикаль не проронили. Всем ясно, что за оправдание убийц Холодова один судья пожалован в генералы, другой - повышен в должности. Скорее всего с вашего ведома. Зачем? Если бы вы видели, уважаемый Владимир Владимирович, с какой весёлой наглостью вели себя подсудимые. Если бы вы, юрист по образованию, почитали дело, переполненное нарушениями Конституции и законов. Если бы вы поглядели, как судья в перерывах курит с подсудимыми, как судью увозит и привозит машина подсудимых... Ну и что? Всем все ясно, но ничего не меняется.

После Беслана (дети уже погибли) вы в первый день национального траура пригласили к себе в Ново-Огарево группу западных политологов и журналистов. Их рассказы были широко опубликованы. Больше всего их поразило, что в такой момент вы уделили им четыре с половиной часа. По их мнению, любой западный лидер в такой ситуации либо отменил встречу, либо она продолжалась бы не более 20 минут. Наших у вас в Ново-Огарево не было ни одного. Значит, для вас было гораздо важнее объяснить свою позицию Западу, чем собственным подданным. Второе, что отметили зарубежные гости, были ваши очень эмоциональные реакции. "Вы хотите, чтобы мы разговаривали с убийцами детей?!" - это ваше восклицание цитировала вся мировая пресса. Нет, Владимир Владимирович, мы хотели совсем другого. Мы хотели, чтобы дети (даже если они попали в заложники) остались живы. Больше ничего. Всё остальное - политическая риторика, прикрытая "государственными интересами". "О чем говорить с убийцами детей?!" - возмущаетесь вы. Пустой вопрос. С убийцами - нет, но с захватчиками - можно и должно. Именно во избежании гибели.