Девушка в синем

Эта книга, написанная видной балериной и педагогом, - открытие сразу в нескольких сферах. Прежде всего, это живое, увлекательное повествование о русской интеллигенции, о людях искусства предреволюционных и первых эмиграционных лет. Затем - глубоко

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,0

5 оценок

5
60%
4
0%
3
40%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 5Хотят прочитать 13

Рецензии

nastya141086
18 июля 2025
Нина Александровна Тихонова не была выдающейся балериной, но стала интересной рассказчицей. В первую очередь её мемуары рассказывают о русской эмиграции в Берлине и Париже и русском, постдягилевском, балете.
Родители Нины были близки к Максиму Горькому (в интернете можно найти слова Тихоновой, подтверждающие, что она его внебрачная дочь), и девочка с самого детства «вращалась» в художественно-литературных кругах.
А уже в эмиграции она работала со всеми – Борис Романов, Бронислава Нижинская, Леонид Мясин, Антон Долин, Ида Рубинштейн… Балетные труппы росли как грибы после дождя, но за неимением средств, существуя за счёт меценатов, чаще всего столь же быстро распадались. Срочные вводы в спектакли (запомнилось, как Долин примчался на выручку в балет, который видел первый раз в жизни), подработки в кабаре, интриги, не всегда бытовая устроенность, французская военная неразбериха, но жизнерадостность молодости, сильный характер и уважение к творчеству – такова артистическая жизнь.
Тихонова закончила танцевать в 36 лет, в 1946 г. Она говорит, что из-за Сержа Лифаря, с которым они позже подружились, после войны перед ней закрывались все двери. Но тогда Лифарь сам некоторое время был в опале, так что… Самой заметной ролью Нины осталась Девушка в синем в балете «Лани» Нижинской.
Отдельно хочу отметить педагогическую деятельность Тихоновой в приютах для детей, потерявших родителей в годы Второй мировой войны, «Ренуво» и «Шамфлёр». О детях Нина рассказывает с большой любовью и вниманием.
Не знаю, насколько Нине Александровне можно верить, но пишет она увлекательно, с юмором, давая, как мне показалось, довольно точные характеристики.

Бронислава Нижинская:

«Её отношения с труппой страдали не от её высоких требований, а от её беспочвенных обвинений артистов в подвохах и враждебных намерениях… Она позволяла себе снисходить с высот, делалась остроумной и обаятельной. Но слишком часто её несдержанность раздражала людей, может быть недостаточно чутких, чтобы её понять.»
Ольга Спесивцева:

«Тончайший стебелёк, едва касающиеся пола, она вдруг от него отделилась, плавно, словно облачко, проплыла по воздуху и так же невесомо опустилась.»
Леонид Мясин:

«Он был на редкость красив, его громадные глаза, обрамлённые пушистыми ресницами, когда он хотел, были неотразимы. Пользовался он этим, впрочем, экономно, был всегда вежлив, скорее, даже сдержан и только изредка неприятен. Под тем, что сперва казалось шармом, чувствовалась сухость.»
Ида Рубинштейн:

«На сцене появился некто в длинных романтических тюниках и взлетел в воздух в большом jeté. Все мы на секунду остолбенели, а затем все, как один… отвернулись. Зрелище Иды Львовны, висящей, как мокрый пакет, в мощных руках Вильтзака, её болтающиеся, не вытянутые ноги и сгорбленная спина превзошли наши самые страшные опасения.»
Серж Лифарь:

«Широкий во всём, он щедро расточал свой талант, никогда не отказывал в услуге, был доверчив, как ребёнок, мог легко обмануть, но бурно переживал, когда его обманывали, беззаветно любил своё искусство и русскую культуру.»
Читать далее
10 понравилось
0
117