Теория литературы. Краткое введение

Демонстрируя читателям классовые, половые, расовые,национальные и возрастные критерии самоидентификации, книги могут пропагандировать чувство «товарищества», что ослабляет стремление к борьбе. Но они могут породить и чуткость
к несправедливости, которая приводит к обострению социальных конфликтов. На протяжении всей истории человечества литературные произведения считались источником изменений: например, роман Гарриет Бичер-Стоу «Хижина дяди Тома», бестселлер своего времени, вызывал у читателей чувство отвращения к рабству, которое в конце концов вылилось в
Гражданскую войну.

Эстетический объект, оторванный от практических целей и содержащий особого рода рефлексию, помогает нам стать независимыми субъектами путем свободного и нетенденциозного использования воображения, сочетающего знание и суждение. Согласно этой концепции, литература побуждает читателя решать сложные вопросы, не идя на поводу у поспешных суждений, обращаться к своему разуму, совершая нравственный выбор, оценивать поведение человека (в том числе и собственное поведение) как бы со стороны. Чтение способствует беспристрастности, обостряет чувства, учит видеть тонкие различия и в то же время – помнить о своей общности с людьми, живущими в других условиях.

В Англии XIX века идея литературы была чрезвычайно важна, и художественные произведения воспринимались как особый тип текста с определенными функциями. Служа учебным материалом в колониях Британской империи, они были призваны внушить местным жителям идею величия Англии и их счастливой причастности к историческому процессу цивилизации. В метрополии литература должна была противостоять эгоизму и материализму, поощряемым новой капиталистической экономикой, предлагать среднему классу и аристократии другие ценности, давать рабочим такое место в культуре, которое обусловливало бы их подчиненное положение. Литература должна была учить людей объективным оценкам, поддерживать ощущение величия нации, воспитывать терпимость между общественными классами, наконец, выступать в роли замены религии,
которая, как представлялось, утратила способность объединять общество.