Люди существовали всегда. Они продолжали жить и в то время, когда я спускался в царство тьмы. Среди
них были те, кому нравилось быть вместе, в атмосфере наполовину дружеской, наполовину прохладной, но
были, несомненно, и такие, кто терпеливо или с горячностью пытался извлечь из собеседника чуть больше
внимания; усталые ноги на земле, переплетенные пальцы под столом. Жизнь. Театр земли начинал разыгрывать великую драму ночной нежности; женщины толпились вокруг витрин с праздничными духами...
Не вернусь ли я однажды, в такой же час, к этому вечеру, чтобы увидеть, как человеческая жизнь струится, словно пар, и оседает каплями на холодном стекле, когда я и на самом деле буду убит?