Семейная хроника Уопшотов. Скандал в семействе Уопшотов. Рассказы

"Хроника - литературный жанр, содержащий изложение исторических событий в их временно́й последовательности. В отличие от дневника или исторического романа хроника изображает сам ход времени, а не переживания и конфликты людей. Сюжетообразующую роль играет само время, повествование строится как смена эпизодов, картин действительности". (Литература и язык. Современная иллюстрированная энциклопедия. — М.: Росмэн. Под редакцией проф. Горкина А.П. 2006).

Семейная сага, "упакованная" в форму хроники, длинная, тягучая, местами скучноватая (ну так и жизнь не всегда блещет разнообразием - она просто идет), но безусловно поучительная и во многом трогательная. Причем здесь ведь даже две хроники (как бонус от писателя, видимо:). Хроника, рассказываемая автором книги, Джоном Чивером (это было мое первое знакомство с творчеством этого писателя. до этого не то что не читала ничего из его произведений, а даже никогда не слышала об этом имени), и хроника, рассказываемая одним из героев романа, Лиэндером Уотшотом, капитаном корабля "Топаз" (трагическая судьба постигла обоих: и капитана, и корабль), написанная в форме дневника, в несколько телеграфном стиле (из простых коротких предложений с минимумом прилагательных и минимумом чувств и эмоций).

Да, сухое, безэмоциональное повествование отличает обе хроники, что понятно: хроника - жанр беспристрастный. Она отражает лишь ход времени. Мы практически не видим чувств героев, поэтому часто они кажутся нам такими холодными и далекими, нет тепла в описании - нет тепла в душах. Но естественно, что это лишь литературный прием, а чувства - о, целый ураган чувств - бушуют внутри. Просто не все люди склонны их выражать, бывают люди сдержанные. Как, например, семья Уотшотов. Самые близкие друг другу люди, но они словно боятся показать свою любовь друг к другу, хотя и пытаются. Лиэндер пытается найти общий язык с своими сыновьями, Каверли и Мозесом, со своей женой.

И лишь когда сыновья, вырастая, покидают отчий дом и начинают самостоятельную жизнь, старый Уотшот понимает, как же ему не хватает простого человеческого тепла и участия, его никто не понимает, он и сам себя не понимает, старый корабль - его соратник и друг, лишь ему можно доверить тайны прошлого. А их хватает. Как та трагедия, случившаяся в молодости с его первой женой (это было еще до его женитьбы на Саре, матери Каверли и Мозеса). Бывают ошибки молодости, бывают грехи молодости. порой можно все забыть (скорее сделать вид, что забыл...), но исправить ничего нельзя, нельзя простить себя. И вот сейчас, в это трудное время, когда сыновей больше нет рядом с тобой - они сейчас где-то далеко, в Нью-Йорке, начинают свой непростой жизненный путь - прошлое врывается в твою и без того безрадостную жизнь, еще больше отравляя настоящее и приближая драматический финал жизни уроки жизни всегда приходится платить, рано или поздно)...

Не все гладко складывается и у сыновей, более менее налаживается с работой и карьерой, но практически разваливается в их семейных отношениях. Отношения тоже надо уметь строить, и не менее трудолюбиво, чем карьеру...

4/5. Во многом печальная книга - но как печальная - это же жизнь...В ней всякое бывает. И вот уже новые поколения Уотшотов входят в этот мир, а жизнь продолжается...

Интересное знакомство с жанром хроники)

Давно не читала таких скучных и унылых книг, как эта "Семейная хроника Уопшотов" Джона Чивера. Наверное, он написал её, чтобы показать частную жизнь какой-то отдельно взятой семьи, которая была ему близка или которую он знал. А мы не знали, не знаем и не узнаем никогда об этой семье. Как будто он хотел описать чьи-то воспоминания, вместо того, чтобы написать о своих. Так нудно и тяжело написана вся книга, я еле пробиралась сквозь текст. Но и текст того не стоит, чтобы в него углубляться, там нет глубины: какое-то описание природы, что делали Уопшоты в жизни - проснулись, искупались, поели, зевнули, поспали, наловили рыбы, позанимались сексом на пляже... И так проходили все их дальнейшие дни. А какие увесистые предложения в этой книге! Вот, например, такое:

"Но когда мы видим Уопшотов в разных уголках их полного роз над рекой, слушающих болтовню попугая и вдыхающих бальзамический аромат того вечернего ветра, который приносит в Новой Англии запахи, напоминающие о девушках, фиалкового корня, туалетного мыла и меблированных комнат, во время грозового ливня пропитавшихся сыростью через открытое окно, - запахи ночных горшков, и супа из щавеля, и роз, и бумажной материи из крашеной пряжи, и газона, и дешёвых платьев, и томиков Евангелия, переплетённых в мягкий сафьян, и предназначенных к продаже пастбищ, где теперь цвели душистая рута и папоротник; но когда мы видим цветы, которые Лиэндер подпёр сломанными хоккейными клюшками и ручками швабр и щёток, когда мы видим, что пугало на кукурузном поле одето в красный мундир блаженной памяти сент-ботолфской конной гвардии, и начинаем понимать, что синяя вода реки, протекающей внизу, как бы смешивается с нашей историей, мы вряд ли решимся утверждать то, что некогда утверждал фотограф, снимавший архитектурные памятники и сфотографировавший боковую дверь: "Ну в точности сцена из романа Дж. Ф. Маркенда" [американский писатель (1893-1960)]".

Так даже наш уважаемый классик Лев Николаевич не писал! И примерно с сотой страницы книги я начала её уже откровенно пролистывать. Герои там, конечно, один другого развратнее. Ладно там Лиэндер и Мозес, но вы посмотрите на мистера Каверли! Он пришел к психологу и кается в том, что желает совокупления, причем ему снится сначала женщина, потом мужчина, а затем и вовсе лошадь! На этом моменте я громко хохотала до слёз на кухне.

В общем, я не советую читать эту книгу. Не тратьте своё время.

Ох, ну сразу заминусовала, когда в самом начале чивер мимоходом так грохнул мать семейства, и закрыли тему. Чего-то я не понимаю в таких интересных раскладах. И, значит, на арене остались трое - тетушка и племянники.

Тетушка продолжила отжигать, и отожгла главный номер своей жизни. Как оказалось, она ни разу за всю свою жизнь не заплатила налоги. Это в америке-то. Ничего себе рецидивистка, причем, особых причин как бы и нету, просто такие мелочи ниже ее достоинства. В общем, семейному состоянию и наследству племянников - кранты. И она сначала решила повеситься, а потом взяла деньги и сбежала в европу, лишив племянников ежемесячных чеков. А на круизном лайнере кого только нет. Я отчего-то сразу вспомнила наших граждан. Не сильно американцы отличаются, если присмотреться. К примеру, гонору накормили байкой о том, как супружеская пара неистово устраивала постирушки во время всего вояжа по европам. Это было просто в голосину.

В семь часов Гонора надела самое нарядное платье и пошла обедать. Ее соседями по столу были мистер и миссис Шеффилд из Рочестера, которые ехали за границу уже второй раз. Они взяли с собой в дорогу орлоновые вещи. За обедом они рассказывали Гоноре о своем первом путешествии в Европу. Сначала они поехали в Париж, где стояла прекрасная погода - прекрасная, то есть сухая. Каждый вечер они по очереди стирали свою одежду в ванне и вешали сушиться. Когда они плыли вниз по Луаре, пошли дожди, и почти целую неделю нельзя было стирать, но, как только они добрались до моря, вновь установилась солнечная и сухая погода, и они все выстирали. В Мюнхен они прилетели солнечным днем и устроили стирку в "Регина-Паласт", но ночью разразилась гроза, и вся их одежда, развешанная на балконе, намокла. Уезжая в Инсбрук, они вынуждены были паковать свою одежду в мокром виде, но в Инсбрук они приехали ясной звездной ночью и все развесили, чтобы снова высушить. В Инсбруке тоже была гроза, и им пришлось просидеть целый день в гостинице, дожидаясь, пока высохнет одежда. Венеция для стирки белья оказалась прекрасным городом. Вообще в Италии у них было очень мало забот, а во время аудиенции у папы миссис Шеффилд убедилась, что папское облачение тоже сшито из орлона. Женева запомнилась им дождливой погодой, Лондон же обманул все их надежды. Они купили билеты в театр, но ничего не сохло, и им пришлось два дня просидеть у себя в номере. Эдинбург оказался еще хуже, однако на острове Скай тучи разошлись, засияло солнце, и, когда они садились в Престуике в самолет, чтобы лететь домой, вся одежда у них была чистая и сухая. Подытоживая свой опыт, они предупредили Гонору, что ей не следует чересчур обольщаться насчет удачной стирки в Баварии, Австрии, Швейцарии и на Британских островах.

А у племянников свои заботы. Им обоим, но каждому по-своему, конкретно так не повезло с женами. У младшего жена - законченная истеричка, назначающая его виноватым за все личные обиды и неприятности, и вообще просто так. Причем, дамочка сменила форму официантки на пеньюар обеспеченной домохозяйки с приходящей прислугой и все такое. Но мечтает, чтобы муж не только впахивал на работе, но еще и пахал по дому, а она будет властвовать над ним. У старшего жена кинулась в неистовую романь с юным посыльным из продуктового магазина, покупает ему драгоценности, возит по курортам и все финтифлюшки за счет мужа. И магреализм из их отношений куда-то испарился. И вот из всего этого ахтунга четко вырисовывается мысль, что некоторых мадамок надо бы просто-таки плетью гнать на работу, чтобы не сходили с ума от безделья, не компостировали мозг мужу и баловали любовников за свой счет. Ибо нефиг.

Помимо главных героев, чивер настрогал кучу новых и интересных второстепенных. Очень мил посыльный с его забавными взглядами на жизнь, неутолимым голодом (вечно хотел жрать) и немного нелепыми приключениями. Интересен начальник младшего брата - знатный козомет и мерзавец, яркий пример того, как гений и мерзотность сочетаются в одном человеке. И вот за сцену судилища над ним аж в самом сенате, увы, тоже поставила минус. Слишком уж театрально получилось. Что еще заметила. До чего же америка все-таки похожа на россию в плане, ежели у тебя родня с темным прошлым и настоящим, то все. Вот как только тетка стала злостной неплательщицей налогов, то ее племянника тут же пнули с секретного объекта без объяснений и оправданий, ибо биография работника секретного труда должна быть кристально чистой. Прямо-таки дом высокой культуры, то есть у америки 50-х гг. - строгое и неумолимое лицо нонны мордюковой.

Ну, и основной минус поставила за то, что где-то по пути семейной драмы старшего брата чивер потерял их сына. Вот просто, словно корова слизнула языком. Как это возможно вообще? Куда подевался детеныш?

И что же в финале. А тот самый знаменитый крах американской мечты, столь обожаемый многими американскими писателями. В этом тоже есть что-то нашенское. Но оно же и надежда на будущее. Ибо кому и когда шли на пользу халявные деньги?