Скандал

— Я не шучу, милорд. Во-первых, я хотела бы подчеркнуть, что, женившись на мне, вы достигнете цели своего отмщения точно так же, как если бы просто убежали со мной. Вы поставите мою семью в экономическую зависимость от вас. Получать доступ к моим финансовым способностям они смогут, только обращаясь к вам за разрешением посоветоваться со мной. Разве это не подходящий способ для мести?

— Любопытная мысль.

— Вы сможете все время держать Фарингдонов болтающимися на ниточках финансовых проблем в ваших руках.

Саймон, казалось, задумался:

— Верно.

Эмили в волнении закусила губу.

— Учтите еще, пожалуйста, и другое, милорд. Я полагаю, вскоре вы обнаружите, что я стала прекрасной женой. Видите ли, я вас понимаю. Я чувствую, что очень хорошо узнала вас из ваших писем. У нас много общего в интеллектуальном плане, и мы достигнем такого взаимопонимания в беседах, которое большинству супружеских пар просто недоступно.

— В общем, вы хотите сказать, что не заставите меня скучать за обедом.

— Я уверена, у нас найдется много общих интересов и тем для разговоров на долгие годы. Несомненно, дружба подобного рода должна быть привлекательна для человека вашего интеллектуального уровня.

Эмили чинно присела на валун, где Саймон впервые поцеловал ее, и отважилась бросить на него быстрый взгляд из-под полей своей соломенной шляпки. Он не улыбался. Поставив одну ногу на валун, он просто стоял, облокотившись на колено, и ждал.

Этот человек умеет ждать, подумала Эмили. Он двадцать три года ждал часа своей мести.

— Я говорила с отцом и братьями. Выяснились некоторые подробности, — медленно начала Эмили.

— В самом деле?

Она смотрела на ручей.

— Я хочу, чтобы вы поняли, милорд: мне полностью известны причины, побудившие вас столь необычным образом приступить к отмщению. На вашем месте я бы скорее всего попыталась сделать что-нибудь столь же радикальное. Мы с вами некоторым образом похожи.

— Ваш отец был весьма разговорчив, как я вижу.

— Он объяснил, что произошло двадцать три года назад. Как моя семья заполучила Сент-Клер-холл. И об ужасной трагической смерти вашего отца. Вы имеете право на месть.

— Вы все понимаете, дорогая моя.

Эмили отправилась прямиком в свое святилище — библиотеку. Там она села за большой письменный стол красного дерева, обратив невидящий взор в окно. Долгое время она не шевелилась. Потом открыла ящик и извлекла из него красивую шкатулку, в которой хранились аккуратно сложенные в пачку письма Саймона.

Пора очнуться от романтического дурмана, в котором она жила последние несколько дней. Ее отец прав в одном: на карту поставлено все ее будущее. Настало время серьезно обдумать вставшую перед ней проблему.

В самом деле, пришла пора использовать свой бритвенно-острый ум, присущий ей в финансовых вопросах, чтобы найти выход из тупика, в котором она оказалась. Эмили открыла первое письмо в стопке. Она читала его бессчетное количество раз и выучила наизусть.

— Да чтоб мне провалиться! Дело совсем в другом, Эмили. Я же о тебе беспокоюсь, девочка. Ты моя единственная дочь. Разве мне хочется увидеть, как ты погубишь себя во второй раз? — Бродерик не сводил с нее глаз.

Эмили скрестила на груди руки и удовлетворенно кивнула:

— Нет, в самом деле, очень умно. Бьюсь об заклад, что, если здесь не будет меня, чтобы время от времени латать ваши состояния на бирже, вы трое не сумеете сохранить ни этот дом, ни ваших дорогих лошадей, ни много чего еще даже на год, и это в лучшем случае.

— Не правда! — рявкнул Чарльз. — Мы беспокоимся о тебе. Твоя репутация и счастье — вот что важно.

— Благодарю вас, — сухо отозвалась Эмили. — Как любезно с вашей стороны.

— Ну вот что, Эм!.. — яростно начал Девлин.

— А знаете, — задумчиво пробормотала Эмили, — что самое интересное: как граф догадался, насколько важна моя роль в вашем финансовом положении, папа?

Фарингдон-старший угрюмо кивнул:

— Рано или поздно вам придется узнать обо всем. Блэйд об этом позаботился, чертов мерзавец. В общем, я не покупал Сент-Клер-холл после крупного выигрыша, как говорил вам когда-то… Я просто выиграл его и почти все состояние Траэрна у отца Блэйда в карты двадцать три года назад. Граф, как джентльмен, заплатил долг.

— И?.. — нахмурилась Эмили. — Я знаю, что это еще не все, папа.

— А потом этот дурак вернулся сюда и пустил себе пулю в лоб.

Эмили в ужасе закрыла глаза:

— Боже мой!