Лорд-разбойник

Запись в дневнике 4.

— Что бы вы хотели посмотреть? — спросила она, покосившись на Люка. Он посмотрел на нее так, что у нее кровь закипела в жилах.
— А что бы вы хотели мне показать?
У Перл перехватило дыхание, и она, сделав над собой усилие, отвела глаза.

Ну и задачку вы мне подкинули, док. Я думаю, довольно глупо подвергать подобные книжонки какой-либо критике вообще. Целевая аудитория автора получит свой кайф, те, кто к ней не принадлежат, здорово повеселятся. Есть еще, правда, мозгоснобы, они скривят свои прекрасные умные личики, выразятся в том роде, что это и не литература вовсе, а так, макулатура, и найдут пару-тройку обидных слов для милых поклонниц любовных романчиков.

Мне не приходилось до этого читать ничего подобного, но, читая эту книгу, создавалось впечатление, что я разом читаю все, что было написано на эту тему. Оно и не удивительно, что ни фраза — то клише, что ни персонаж… то, опять же, клише. Это меня и забавляло больше всего. То, как с уморительно серьезным видом автор порет всякую чушь, а юные девицы, трепеща внутри и внешне, пожирают глазами страницу за страницей.

Мы с Аароном иногда играем в такую игру: выбираем 5-6 рандомных слов, выбираем тему, обусловливаем ограничение на объем и пишем рассказики. Как-то этот похотливый кабель выбрал темой “бульварные романчики”. Что же, это было совсем не просто для меня. Такая жирная и уродливая панда, как я, не имеет совершенно никакого опыта в любовных делах, равно как и опыта поглощения любовных романов. Тем более, что в рассказе надо было использовать слово “линейка”.

Бренда Хайатт мастер! Без шуток!
Приблизительно половина книги текла довольно вяло: Он и Она знакомятся и начинается:
Он: О, как она прекрасна и умна, как меня к ней влечет, я не могу держать себя в руках, ей со мной не безопасно…
Она: О! И почему меня к нему так влечет, о, что это за чувство, что это за желание, я сгораю!
А потом поворот:
Она: Для того, чтобы меня спасти вам нужно лишить меня девственности!
Он: Нет, вы не знаете, чего вы просите, я не могу так с вами поступить!
Ну, дальше вы все знаете:

Увидев его восставшую плоть, она в первый момент ужаснулась. Как такое возможно? Как же…

Герой лишает даму невинности, но автор упорно сохраняет невинность умов читателя. Кроме “восставшей плоти” и “лона” вы не услышите больше не одного слова, порочащего незамутненный разум. Было, правда, еще что-то про волосы, но так, мельком.
И вот после этого все закрутилось и завертелось. Я, признаться, даже втянулся. Вор оказался сыном лорда, которого пытался убить собственный дядя, чтобы заполучить титул. Она (почему-то) решила, что Он ее презирает и объявляет помолвку с каким-то типчиком, который, естественно ее не достоин. Далее еще одно короткое соитие, все те же “плоть” и “лоно”, дуэль, тюрьма и ААА! В общем, я даже немного переживал за них. Но все закончилось хорошо. Что и ожидаемо, но представлял:

Что, если Его посадят в тюрьму, потом повесят, а Она придет и будет целовать его мертвые губы, прямо как королева Марго. Вот поворот.

Или что, если бы Его убили на дуэли, Она бы застрелилась вслед, вот поворот бы был.

Или, что Если бы Он убил на дуэли, о Ее позоре бы все узнали, их бы отверг свет и им бы пришлось скрываться где-нибудь в Шотландии и жить в бедняцкой хижине. Вот поворот бы был.

Но нет. Они поженились. И

— Дорогая, поверь, тебе не придется скучать. — Он снял перчатку и провел ладонью по ее щеке. — Сегодня ночью я тебе это докажу.
Взгляд ее фиалковых глаз затуманился.
— Скорее бы она наступила.

И так будет всегда: она будет красива и независима, у нее будут фиалковые глаза (такое бывает, вообще?). Он будет беден и благороден, у него будут мускулистые руки, доброе сердце и чарующий голос. Много преград на их пути: мачехи и подлецы, общество и социальное неравенство, но конец всегда один — богатство и любовь. И каждый раз, читая все это, какая-нибудь девочка, тринадцати лет, будет читать с замиранием сердца, что Он поцеловал Ее, сердца из зажглись огнем и прочее бла-бла-бла, и не так уж ей важны будут эти “психологические портреты героев”, “сложность и непредсказуемость сюжетов”, “богатый язык” и прочее. Она стоит на пороге первой любви и через эти книги прикасается к тому, что ее ждет. Пофиг, что книга с реальностью ничего общего не имеет, зато конец всегда хороший, а значит и у нее всегда будет надежда на хороший конец.

Засим откланяюсь, мне уже и любви не видать, и страсти, книги эти ничем меня не наградят, кроме тихого утробного смешка. Глупости все это, но глупости безобидные, жаль только, что бумаги столько на них тратят.