Лебединая дорога

Странное впечатление после прочтения. Некоторое разочарование, что ли... Первый раз я читала книгу лет 10 назад, и она мне понравилась. Я ее запомнила, отметила для себя, мол, «хорошая книга». Хотя детали, конечно, уже стерлись из памяти. Взялась перечитать сейчас и, честно говоря, еле-еле ее домучила. Только и делала, что считала страницы: «80 осталось, 50 осталось, 20... ну, когда же ты закончишься?!». И думаю, что это только потому, что я ждала что-то вроде «Валькирии» – книги с яркой сюжетной линией, которая проведет меня от начала и до конца. В «Лебединой дороге» этого нет. Вначале ярко выделяется линия Звениславки, но она быстро завершается. Это хорошая история, и за ней я следила с интересом. История ухода викингов из родных краев тоже заставила сильно переживать. Собственно говоря, это первая часть книги, которую я «проглотила» достаточно быстро. Мучила же я вторую... В первой части были заложены сюжетные линии еще нескольких персонажей: Халльгрима, Видги, Скеги, Хельги... И как-то не нашли они своего раскрытия во второй части. Не завершились, просто затухли. Ну, или я не увидела того, что хотелось бы. Вторая часть – больше про Русь, про народы, про обычаи, про историю... Написано-то отлично, даже замечательно, но хотелось другого... Я так никогда и не узнаю, вернулись ли викинги домой, сразились ли с Харальдом конунгом за родные земли, родила ли Видгис сыновей, вошел ли Видга в род и снискал ли Скеги славу знаменитого скальда... Так много вопросов и так мало ответов. Такое ощущение, что я просто посмотрела на два года жизни славных людей, а потом у меня забрали зеркало в этот мир. Обидно, да. Но книга заслуживает, как минимум, четверки за удивительный язык и атмосферу. Читать стоит однозначно.

Я давно вырос из того возраста, когда мне нравились приключенческие романы про сильных воинов, отважных открывателей далёких земель и прочих эпических героев. Я не очень понимаю славянское фэнтези от Марии Семëновой с её Волкодавом.

Но с недавнего времени меня занимает варяжская теория основания государственности у восточных славян и вообще история дохристианской Руси. Я открывал для себя эту историю в Великом Новгороде и Старой Ладоге, в Белозере и на острове Готланд между Эстонией и Швецией. Открыл мало: не хватило времени и знаний.

"Лебединая дорога" - одна из самых удачных попыток рассказать, "откуда есть пошла Русская, земля". Здесь нет хороших и плохих, как это предполагает канон приключенческого романа. Более того, приключенческая составляющая, вот эта самая подростковая занимательность постепенно уступает место роману о людях. О том, что ими движет. О том, что нет плохих народов. О том, как всем нам, людям, во все эпохи сложно жить и уживаться на большой и прекрасной Земле.

В советские годы исторические произведения Марии Семёновой не нашли пути к читателю: вероятно, тема  истоков Руси была не в мейнстриме. В 90-е такое не печатали вовсе, и она с голодухи  ушла в дешёвые детективы и построенные по коммерческим лекалам "Конана-варвара" истории про Волкодава (впрочем, последние романы цикла ушли от  боевого фэнтези чуть ли не в философскую прозу! ). А когда её имя благодаря Волкодаву стало брендом - появилась возможность выпустить повести и романы о тех временах, которые лишь отголосками звучат в русских летописях (Кирилл и Мефодий на тот момент ещё не пришли и не дали нашим предкам письменность, чтобы те зафиксировали те события в Повести временных лет). Но все события - с опорой на данные археологических раскопок, на исторические изыскания российских и зарубежных учёных, на сведения из скандинавских хроник.

Сама Русь, наши ушедшие в небытие прапрапрадеды, коих мы никогда не знали, и тоже уже ушедшие бабушки, согревавшие теплом своих рук наше детство - всë это медленно, но верно проступает на страницах романа "Лебединая дорога".

Рекомендую.

Потрясающая книга о чести, долге, дружбе, верности и любви. О настоящих чувствах на всю жизнь. Особенно о любви к родной земле, которую проносишь в сердце до огня и костра.
Халльгриму хёвдингу с семьей и своими людьми пришлось покинуть родной берег и отправиться в Гардарики. Как примет их чужая земля? Как врагов или позволит обрести здесь новый дом?
Халльгрим настоящий вождь, который будет защищать своих до последнего вздоха. Молчаливый и решительный, способный повести за собой. Единственно, удивило его отношение к Видге. Видел же, как парень мучается и все равно поступил несправедливо. Любовь к рыжей Вигдис, дочери врага, на какой-то момент затмила Халльгриму сына... Не думаю, что хёвдинг вернется на родину. Ему будут снится хмурые скалы, холодное море и серое небо, но... В нашу он землю ляжет, славянскую.
Наш Чурила Мстиславич оказался подстать урманскому вождю. Не смотря на молодость, кременецкий князь и умен, и храбр, и справедлив. Понимает, где лучше договориться миром и когда вступить в бой. Да за таким и в огонь, и в воду! И с женой ему повезло - Звенислава умница. Жаль, Хельги полюбить не смогла...
Конечно, моим любимым героем стал Хельги. Безрассудный, горячий викинг, который не мог не погибнуть. Я сразу поняла, какая участь его ждет. Но своей гибелью он «отвел» смерть от Чурилы. Я вообще много плакала, читая о битве с хазарами...
Видга - заносчивый, немного безбашенный, чуть что сразу в глаз - мне больше напоминал Хельги, а не своего рассудительного отца-хёвдинга. Но юный викинг взрослел на протяжении всего романа, он научился дружить и любить. А храбрости ему всегда было не занимать. Наш же Лют окончательно вправил Видге мозги, и в бою они уже дрались спиной к спине, как братья.
Олег Вещий - молодой воевода князя Рюрика - хитрый, прозорливый, осознающий, кто друг, а кто враг. И не Рюрик, а именно он начнет объединять славянские земли в единое могучее государство.
...Вообще, сколько их, варягов, будет сражаться в одном строю, плечом к плечу со славянами, заслонять собой и проливать кровь в чужую, ставшую родной землю... «...воину кажется самым достойным, если далекий внук снимет с сохи обрывок пробитой кольчуги - и поймет, что пра-пра-прадед умер, не отступив.»
Не могу не отметить совершенно волшебный, поэтичный язык романа. Читать Семёнову одно удовольствие.