Волхв

Это касается всех коллекционеров. Их мораль стремится к нулю. Вещь в конце концов овладевает своим владельцем.

– Я еще ни разу ни с кем не спала по любви.
– Это не порок.
– Незнакомая территория.
– Будь как дома.

– Вы как фанатичный хирург. Вас куда больше интересует не пациент, а сам процесс операции.
– Не хотел бы я угодить под нож того хирурга, которого не интересует процесс.

Как-то он сказал мне одну вещь. О мужчинах и женщинах. Что мы воспринимаем людей по отдельности, а вы — то, что их связывает. Отлично. Ты всегда чувствовала то, что… между нами, как его ни назови. Общее. А я — нет. И все, что я могу тебе предложить — надежда, что я тоже научусь это чувствовать.

Между нами как бы разверзлась пропасть, бездонная, но невероятно узкая, такая узкая, что ее можно пересечь, сделав шажок по траве газона. Я безотрывно смотрел в ее лицо: ошеломление, упрямство, скованность. Запахло костром. Ярдах в ста прогуливался слепой — непринужденно, как зрячий.

В доме стояла смертная тишь, как внутри черепа...

Жажда существования; я простил себе нерешимость умереть.

Крупица надежды, право на существование — что еще нужно антигерою?

- Видеть или не видеть - от вас не зависит. А вот как истолковать увиденное - зависит.