Пьесы

МЕДЕЯ:
Отец разумный знанием чрезмерным
Не должен ум детей обременять;
Кто предан был науке слишком долго,
Заслуживает в праздности укор,
Внушая злость невеждам или зависть.
Попробуй мысль им новую открыть,
И у глупцов ты прослывешь безумцем.
Когда же чернь тебя прославит больше,
Чем признанных учителей своих,
То скажут: он опасен для народа...

От жен, как от мужей,
Во гневе дерзких, легче уберечься,
Чем от того, кто в злобе мудр и нем.

Если в брачном ложе,
В правах жены дерзнуть обидеть нас,
Тогда наш гнев губителен и страшен! -(Медея).

Каков супруг,- достойный человек,
Или презренный, ибо от него
Уйти уже нельзя: развод - бесчестье. -(Медея).

Страшен
Гнев отвергнутой жены!

О, отец мой, земля моя,- брата родного убив,
Я покинула вас, как изменница! -(Медея).

Я верю, что все пред законом равны. -(Кормилица).

Как ужасна безумная воля царей!
Не легко им обуздывать страсти:
Слишком много рабов, слишком мало преград.

Скорбь, как темное облако, вырастет вдруг,
И подымется буря... Кто знает,
До какого безумия может дойти
Гнев ее, беспредельный и страшный?

Старая любовь
Всегда слабей, чем новая.

Скорбеть не любит молодость.

Я знаю, дух Медеи
Неукротим и страшен: без борьбы
Она своим врагам не покорится.

Теперь лишь узнает,
Среди скорбей, какое это счастье
Родной своей земли не покидать.

Ведь большего нет блага в этом мире,
Чем то, когда в согласье муж с женой.

Гнев у жён всегда кипеть готов, когда мужьям
Приходится им изменять на ложе

Если я в сердце, как боги велики, помыслю,
Муки смолкают и страх,
Но и желание верить в могучую неба поддержку
Тает, когда о делах и о муках раздумаюсь наших.

...Есть ли мука
Сильнее той, когда ты знаешь всё
И ничего открыть другим не можешь?

...Рожденьем человек
Приподнимай на палец только гребень
У дерзости, чтобы отца возрос
Хитрее сын, а внук хитрее сына,
И на земле не хватит места скоро
Преступникам. Тогда богам придется
Вторую землю к нынешней прибавить.

...Да разве ж всех,
Кто любит иль любви готов отдаться,
За это и казнить? Да польза ж в чем?
Или поток Киприды остановишь?
Ты уступи ему - тебя волной
Он ласково обнимет, а попробуй
Надменно или нагло спорить с ним, -
И что ж? Тебя не искалечат, скажешь?

Ведь самый дерзкий клонит, точно раб,
К земле чело, когда при нем напомнят
Клеймо отца иль матери позор.