Собрание сочинений в десяти томах. Том 2

"Наше время не нам принадлежит...А всем, кому в нас нужда."

Никто не ожидал найти в нем человека замечательного... Он был так посредственно одет, о нем так мало ходило слухов.

...Его, как китайского болванчика, постоянно перевешивала голова.

Ты проштудируй-ка анатомию глаза : откуда тут взяться , как ты говоришь, загадочному взгляду?

...порядочным людям стыдно говорить хорошо по-немецки; но пускать в ход германское словцо в некоторых, большею частью забавных, случаях - можно...

Да кто нонеча не хитрит? Век уж такой. Один мой приятель, препочтенный и, доложу вам, не малого чина человек, говаривал, что нонеча, мол, курица, и та с хитростью к зерну приближается – все норовит, как бы сбоку подойти.

Каждый из нас виноват уже тем, что живет, и нет такого великого мыслителя, нет такого благодетеля человечества, который в силу пользы, им приносимой, мог бы надеяться на то, что имеет право жить...

Я хотел только объяснить, почему природа, по-твоему, так на нас действует. Потому, что она будит в нас потребность любви и не в силах удовлетворить ее. Она нас тихо гонит в другие, живые объятия, а мы ее не понимаем и чего-то ждем от нее самой.

Да, молодое, славное, смелое дело. Смерть, жизнь, борьба, падение, торжество, любовь, свобода, родина... Хорошо, хорошо. Дай бог всякому! Это не то, что сидеть по горло в болоте да стараться показывать вид, что тебе все равно, когда тебе действительно, в сущности, все равно. А там - натянуты струны, звени на весь мир или порвись!

- Да ты знаешь ли, - перебил ее Николай Артемьевич, - что я могу уничтожить тебя одним словом?