Вообще, дзэнские мастера славятся чайной утварью. Сохранилось множество чашек и чайниц, бамбуковых ложечек разных стилей, веничков для сбивания чая в пену, железных котелков, объявленных ценнейшими национальными сокровищами. Вечно их разыскивали, выменивали, покупали за немереные деньги.
В старину подвиги выдающихся полководцев обычно награждались феодальными поместьями, но, случалось, что героев одаривали вместо поместий бесценными ящиком для чая или чашкой.
Сделанная руками пробужденного человека, чайная утварь становилась вестником запредельного. А чайная церемония, которую он проводил, – ритуалом очищения и отрешения от мира.
Если по серьезному подходить к этому вопросу, это целое действо в специально отведенном чайном домике, длящееся часа четыре, оно призвано раскрывать сердца людей, наполнять радостью и печалью, восторгом пережитой красоты и болью безвозвратности мгновенья.
Зря Леня говорит:
– Главное, не жалеть заварки, вот вам и вся чайная церемония!
Пьеса разыгрывается по нотам. Гости проходят садом, по специальной тропинке. Говорят, не существует похоронной процессии, которая была бы более молчаливой, чем эта процессия гостей в состоянии общения с природой и душевного покоя. Как перед входом в храм, совершают они омовение рук, полощут рот, – короче, настраиваются.
Сам чайный домик обычно скрыт в бамбуковых зарослях или в тени вековых деревьев на берегу озера, напоминая приют отшельника. Его делают из неотесанных досок или бамбука, соломенная крыша, глинобитные стены, дом продолжает собою сад.
В домик ведет не дверь, а лаз. Неважно, какой у тебя ранг и чин, ты должен нагнуться, чтобы перешагнуть порог чайной комнаты, как говорили, «оставить меч за порогом». (А меч самураи даже во время сна клали себе под подушку!)
Вот гости входят, усаживаются лицом к хозяину – внутри ничего лишнего, вообще ничего – кроме очага и углубления в стене, где вы будете сражены наповал уникальнейшей вазой с цветком и каллиграфическим свитком.
В строгой очередности вносится утварь. Сосуд с чистой водой, закрытый лаковой крышкой, затем – чашка, веничек и ложка, потом чайница.
Даже если чашки приходится покупать на рынке, то их сначала разбивают, а потом склеивают заново, для того, чтобы чашка стала особенной и неповторимой, похожей чашки уже нигде не найдется.
Вот начинается разведение огня в очаге, символическое очищение утвари шелковым платком невиданной красоты и дороговизны.
Вода для приготовления чая используется только родниковая. Самая лучшая вода издавна считается в Киото. В старые времена ее везли в Эдо по древней дороге Токайдо в паланкинах.
Вода кипятится на углях из сакуры. В молчании сидят гости и слушают «шум ветра в сосновом лесу», так называют японцы клокотание воды в котелке, на дне которого металлические пластинки издают мелодичные звуки.
Когда вода в котелке закипает, длинной бамбуковой ложечкой хозяин достает из чайницы растертый в порошок зеленый чай и, залив его водой, взбивает веничком в пену. Теперь многое будет зависеть от быстроты движения веничка и длительности взбивания.
Чашка церемонно подносится гостю, тот ее церемонно принимает и выпивает чай в три глотка. Чашка подается той стороной, на которой изображен рисунок.
Если заваривается густой чай – по цвету и плотности он похож на суп из шпината, – тогда одна чашка идет по кругу. Первый гость делает глубокий поклон, после первого глотка выражает одобрение хозяину по поводу превосходного вкуса и неторопливо, делая еще два глотка, передает чашку второму гостю, второй, сделав свои три глотка – третьему…
Передавая чашку, каждый тщательно протирает бумагой край. Последний гость опять отдает главному, и тот просит разрешения у хозяина поближе ее рассмотреть.
Чашке может быть лет четыреста, а то и больше, из нее пил прадедушка, дедушка, папа, жизнь нескольких поколений промелькнула, как тень легкого облачка. Гость наслаждается ее формой, цветом, фактурой, поражается красотой ее внутренней поверхности, а затем восхищается дном. Все рассматривают ящичек для чая и особую гордость хозяина – бамбуковую ложку.
Пусть ящичек треснутый и несколько раз починенный, так же как и сама чашка для чая. Это вселяет в хозяина еще большую гордость за их обладание. Он будет жутко разочарован и огорчен, если никто к этим сокровищам не проявит интереса. А так – довольный и счастливый, он отвечает на все вопросы, и даже дает историческую справку о прежних хозяевах столь несравненной утвари.
Может сложиться впечатление – это некий «птичий танец», журавлиные обряды, однако весьма почитаемый в средневековой Японии мастер чая Сэн-но-Рикю говорил, что чайная церемония открывает просветленное сердце, а не демонстрирует виртуозное искусство перформанса.
– Принимайте своих гостей так, – сказал он, – чтобы они чувствовали тепло зимой и прохладу летом.
А на вопрос: в чем секрет чайной церемонии, Рикю-сан ответил почти как мой Лёня:
– Положите уголь, чтобы вскипятить воду, и приготовьте чай, чтобы он был вкусным. Другого секрета нет.
Когда гости уходят, хозяин возвращается в чайный домик, садится перед своим чайником и предается философским размышлениям, прислушиваясь к «ветру в сосновом лесу».
Ваша оценка
AnnaYurievna5 октября 2021
14 понравилось193
EvA13K14 ноября 2024