Bonjour tristesse

В идеале я рисовала себе жизнь как сплошную цепь низостей и подлостей.

...счастье всегда было в моих глазах залогом правоты и удачи...

Надо быть или уж очень влюбленным, или очень пресыщенным, чтобы притворяться спящим.

у меня вдруг мелькнула циничная мысль, которая прельстила меня, как все циничные мысли, приходившие мне в голову: они давали какую-то уверенность в се-бе-опьяняющее чувство сообщничества с самой собой.

Это незнакомое чувство, преследующее меня своей вкрадчивой тоской, я не решаюсь назвать, дать ему прекрасное и торжественное имя — грусть. Это такое всепоглощающее, такое эгоистическое чувство, что я почти стыжусь его, а грусть всегда внушала мне уважение. Прежде я никогда не испытывала ее — я знала скуку, досаду, реже раскаяние. А теперь что-то раздражающее и мягкое, как шелк обволакивает меня и отчуждает от других.

Я тщетно подыскивала какую-нибудь красивую уклончивую фразу. Я не хотела за него замуж. Я любила его, но не хотела за него замуж. Я вообще не хотела ни за кого замуж, я устала.

Вы ред­ко ду­ма­е­те о бу­ду­щем – прав­да ведь? Это при­ви­ле­гия мо­ло­до­сти.

Зеркало являло мне унылое отражение – я внимательно вглядывалась в него: расширенные зрачки, опухший рот, это чужое лицо – мое... Неужели я могу чувствовать себя слабой и жалкой только из-за этих вот губ, искаженных черт, из-за того, что я произвольно втиснута в эти ненавистные рамки?

Эльза великолепно смеялась, заразительно, самозабвенно, как это свойственно одним только недалеким людям.

Возможно, потому что усилия, которых требовала от нее эта любовь в течение шести лет, эти вечные, эти мучительные усилия, , стали ей, в конце концов, дороже самого счастья.

Я и сейчас еще помню вкус этих задыхающихся, бесплодных поцелуев и как стучало сердце Сирила у моего сердца в унисон с волной, плещущей о песок…

- Рано или поздно наступает день, когда дети отдаляются от родителей, - печально вздохнула мать.

Впервые в жизни она наслаждалась этой страшной радостью - любить того, кого ты неотвратимо заставишь пройти через муки.

Она вдыхала такой родной запах Роже, запах табака и чувствовала, что она спасена. И что погибла.

Мой отец страдал от этого настолько, насколько вообще был способен страдать в его положении. Иными словами, мало..

Грех — это единственный яркий мазок, сохранившийся на полотне современной жизни

- Я смеюсь вовсе не над вами, а над вашим поведением, - мягко сказала она. - Вы играете...
Он разжал пальцы, вид у него был усталый.

• Верно, играю, - согласился он. - С вами играл молодого блестящего адвоката, играл воздыхателя, играл балованное дитя - словом, один бог знает что. Но когда я вас узнал, все мои роли - для вас. Разве, по - вашему, это не любовь?
• Что ж, неплохое определение любви, - улыбнулась она.

То, что вы называете складом ума, скорее можно назвать спадом.

Возможно, и впрямь наступают минуты, когда уже нельзя бросаться в атаку на жизнь, а нужно защищать себя от нее, как от старинной, чересчур навязчивой приятельницы.

Лицо Анны слегка осунулось — это был единственный след ночи любви. Оба улыбались счастливой улыбкой. Это произвело на меня впечатление — счастье всегда было в моих глазах залогом правоты и удачи.

«Вечно приходиться быть на чеку, никогда нельзя говорить всего одному и тому же человеку»