Рассказы магов

"...если крылья не являются существенным элементом для определения разницы между ястребом и самолетом, тем в меньшей степени они могут служить для распознания ангелов..."

Мне кажется, женщины вяжут, что бы ничего не делать под этим предлогом.

Я ощутил такую боль в груди, какая бывает от удара волной нахлынувшей неожиданности, когда неожиданность, как волна, вдруг возьмет и ударит вас прямо в грудь: моя подружка, это была она, пела и смеялась, как всегда.

"Одержимые", точнее "Бесы" Федора Достоевского. Русский мастер, как никто другой, проник в лабиринты славянской души.

С обеих сторон вагона,за окнами, город расползался в клочья предместий. Эта картина, а за нею другая - сады и домики - отвлекали от чтения. Действительно, Дальман не мог сосредоточить внимание на тексте: магнит-гора и дух, поклявшийся убить своего благодетеля, были - кто в том усомнится? - сказочны, но ненамного более сказочны, чем это утро и то, что ты есть на свете. Блаженство уводило его от Шахразады и ее придуманных чудес. Дальман закрыл книгу и стал просто жить.

Если я что-то умею в жизни, то, пожалуй, – смотреть.

Понимаешь ли ты, что Грехопадение — это неспособность осознать, что мы в Раю?

Потом она умерла, а может, стала монахиней. У нее было призвание и к тому, и к другому.

Леопольдо Лугонес, «Два великих лунатика, или Полное несходство взглядов»

Становитесь безумцем — это лучший способ выжить.

Леопольдо Лугонес, «Два великих лунатика, или Полное несходство взглядов»

Разве голод — не плата за идеал, так же как кровь и слезы?

Леопольдо Лугонес, «Два великих лунатика, или Полное несходство взглядов»