Мы - из Солнечной системы. Прохождение Немезиды. Рассказы

Всегда с большим интересом просматриваю статьи о людях, опередивших время и предугадавших создание чего-нибудь невообразимого по меркам своего времени. Из писателей в такие списки стандартно попадают Жюль Верн, Рэй Брэдбери и братья Стругацкие. Попадают, спору нет, заслуженно. Но ни разу, ни в одной тематической подборке, я не встречала никакой информации про Георгия Гуревича. Я, давний любитель фантастики, про него даже не знала. Очень много хороших советских книг канули в Лету только потому, что не могут похвастаться броской обложкой и высокими рейтингами. А ведь роман "Мы - из Солнечной системы" (издан в 1965 году) можно смело внести с десятку книг с наибольшим упоминанием предметов и устройств, появившихся в нашей жизни совсем недавно:

• какбудтор, известный нам как аттракцион и симулятор виртуальной реальности;
• радио-браслет - "с круглым экранчиком и диском — цифровым или буквенным. Любого человека Земли можно было пригласить теперь к себе на экран";
• рамочки с движущимися кино-портретами или кино-пейзажами;
• медицина по видеосвязи;
• вместо полостных операций в вену вводят кибер- хирурга размером "с булавочную головку";
• селектора онлайн, заменившие пышные встречи руководства и залы заседаний.

В третьем тысячелетии всё человечество на планете Земля и в Солнечной системе объединил Коммунистический Союз Народов. Наступила эра единства и дружбы. Нет государств, неравенства и войн.

Всё просто замечательно. Позитивные сценарии будущего мне нравятся гораздо больше, чем уже набившие оскомину разнокалибирные апокалипсисы. Однако, современные авторы на хорошее, видимо, совсем не настроены, предпочитая, не вдохновлять, а пугать и шокировать. Я прекрасно понимаю, что созданная Георгием Гуревичем модель утопична. Но как же приятно жить в спокойном и гармоничном мире, среди ответственных сограждан, нацеленных на созидание и заботу о ближнем. Жаль, что эра всеобщего благоденствия ещё, видимо, долго будет существовать только в фантастических книгах.

И все-таки спёр Энди Вейр идею своего «Марсианина»!) Если не у того мужика, что пытался добиться признания в нынешнем веке, то у Георгия Гуревича наверняка.
Здесь, правда, есть небольшие отличия. В этом рассказе выживало трое человек, а не один, да и выживали не на Марсе, а на астероиде. И все-таки, идея могла быть тиснута отсюда. Но может я и ошибаюсь)
Георгий Гуревич на научном поприще занимался поисками достижения человеком бессмертия. Однако, в данном рассказе героям требовалось пока что просто выжить. Их корабль потерпел крушение, в результате жесткой посадки почти все погибли. Выжили только жена помощника капитана, по совместительству повар, и биолог с сыном, коего на Земле ждала незавидная перспектива передвигаться на инвалидной коляске. Повар по имени Надежда была советским человеком, а биолог с сыном капиталистические итальянцы. Если сын в плане идеологическом был склонен к коммунизму, неунывающая Надежда подавала слишком заразительный пример, то итальянец в возрасте в итоге не смог с ней ужиться. Ну и сын, естественно, оценил пользу коллективного труда в условиях выживания в космосе. Тем более, что видел, как отец совершил довольно короткий путь от индивидуализма до обыкновенной жадности. Надежда, в честь которой решили назвать астероид, смогла всех выживших избавить от плена этого астероида. Интересно, что международный полет сквозь астероидное кольцо автор назначил на 1998 год, год, как оказалось, своей смерти. С датой, конечно, он погорячился. Но уж больно советские люди тогда были заряжены на скорое освоение космоса. Даже жаль, что программа освоения космоса все еще буксует. А уж как жаль, что до сих пор не открыли секрет бессмертия, прямо не передать как жаль.

Впервые с автором ознакомилась: оказалось, плодовитый советский фантаст, даже странно, что на лл на него один отзыв в полторы строчки. Так вот, в романе классический космический коммунизм. Человечество разобралось с классовыми врагами и ну давай перекраивать планетку и заливать ее в бетон. "Всем по потребностям", дети с 5-6 лет выращиваются в интернатах (ибо в семье они растут избалованными, хвастливыми и слабосильными(с)), взрослые развиваются гармонично:

На планете пять заселенных материков, у красной звезды пять лучей. У человека — так считали современники Кима — тоже должно быть пять лучей, пять направлений в жизни, пять интересов.

Первый луч трудовой. Труд, полезный и напряженный, труд, за который благодарят и уважают, труд, который выполняется с гордым сознанием незаменимости. Но труд отнимает только двадцать пять часов в неделю — пять в рабочий день. Пятьдесят часов надо проспать. Остается еще девяносто три на прочие лучи.

Вторым лучом считалась общественная работа. Как вытекает из самого слова, общественники ведали делами общими, выходящими за пределы компетенции специалистов; праздниками, соревнованиями, выставками, а прежде всего общественным мнением; они устраивали опросы, дискуссии, выявляли претензии и пожелания.

Личная жизнь была третьим лучом человека: любовь — у молодых, семья — у людей среднего возраста, у стариков — внуки; и у всех от мала до велика общение с друзьями.

Четвертым лучом считали заботу о своем здоровье, спорт в основном.

Увлечение было пятым лучом — вечерняя специальность, то, что по-английски называют хобби. Иные увлекались играми, иные — искусством, иногда увлечение превращалось во вторую профессию, даже в главную.

Несмотря на такие новшества, у людей все по-старому: есть гордецы, завистники, отвергнутые влюбленные. Даже гендерные терки имеются:

Ота. Превосходное предложение! Инженеры, ткачи и агрономы заворачивают пеленки. Удивительное проявление женской логики.

Ружичка. Мне кажется, в Совете Планеты можно было бы не оскорблять женщину.

Ковров. Вы должны извиниться, Ота.

Ота. Прошу извинить за слова насчет женской логики. Логики не было вообще. Растить детей, чтобы растить детей? А что они будут делать, когда вырастут?

А также старость, перенаселенность планеты, жажда братьев по разуму - все стимулы для научных изысканий на месте. Но это не все - еще не везде задавлены пережитки прошлого и вотоночо деется еще в светлом будущем местами:

Традициями были полны праздники, и особенно свадьбы. Когда юноша и девушка решали жить вместе, вся родня собиралась за столом, говорили какие-то старинные, потерявшие смысл слова, неумеренно ели и пили Напитки, насыщенные этиловым спиртом. От этого туманилась голова, мысли теряли четкость, рассудок слабел, терял контроль над грубыми эмоциями. Люди ссорились, даже оскорбляли друг друга, словно дети, поспорившие из-за игрушки.

Этиловый спирт, разведенный водой, люди пили не только на свадьбах, но и в праздники, посвященные «богу» — невидимому могучему призраку, который будто бы создал мир и управляет им. Самые простодушные из цитадельцев даже собирались в особых молитвенных домах («церквах»), там пели песни, восхваляющие бога, и, стоя на коленях, просили у него счастья, здоровья и денег. Другие старались согласовать веру с современной наукой: они говорили, что наивные священные книги надо понимать иносказательно, что бородатого бога, конечно, нет на небе, но есть некая сила, некая идея, устанавливающая законы природы, нравственности, морали, дающая тайный смысл жизни. И даже те цитадельцы, которые не верили в бога, соблюдали божественные праздники, считая их истинно цитадельской традицией, и тоже пили этиловый спирт, чтобы не задевать чувства верующих.

В общем, есть чем заняться.
Из минусов - где-то до середины было ну очень скучно, но потом пошло бодрее. Еще для снижения уровня пафоса остро не хватало персонажа типа Незнайки.
Из плюсов - мне всегда интереснее читать про трудности в полете типа радиоактивной воды или приращивания массы при разгоне до световой скорости, разработки и истории изобретений, чем про атаки фиолетовых драконов. Но, может, это я в детстве драконами объелась, не знаю.
В итоге для сложившегося мнения об авторе одной книги мало, попробую еще читнуть на досуге, а так наивный добротный советский фантастический роман.

Землянин из светлого коммунистического будущего потерпел крушение, выброшен с осколком корабля на чужую планету. Местные гуманоиды еще даже пороха не изобрели, так что застрял землянин здесь прочно и пожизненно.
Только и остается, что рассказывать желающим и нежелающим слушать о далекой стране чародеев под названием Земля, где ни в чем нет недостатка, все дружны и счастливы, где высшая человеческая радость - труд во всеобщее благо, где вещи ничего не стоят, а ценятся знания, умения и опыт, где нет ни воровства, ни войн...

Встанут, чтоб подраться, добавлю, найдут из-за чего.

Всё-таки homo soveticus - это совершенно особенный подвид человека. Со всеми своими достоинствами и недостатками он создал особую культуру, совершенно непохожую ни на что другое. Так и советская фантастика отличается присущим только ей своеобразием.

Роман "Мы - из Солнечной системы" - это утопия, написанная в тот волшебный период, когда технический прогресс скакал семимильными шагами, человечество собиралось вот-вот заселить космос, а Советский Союз казался незыблемым как скала. И Георгий Гуревич как бы заглядывает в будущее, продолжая линию развития напрямую. Настал мир во всём мире, люди живут всё лучше и лучше, и главная проблема - на Земле стало тесновато, а значит, надо искать новые ареалы обитания.

Как и любая утопия, она местами наивная, местами чересчур гладкая, местами мешает отсутствие конфликта, чтобы можно было переживать за героев. Но это с лихвой окупается атмосферой познания, научных поисков, совместных усилий в решении проблем и просто доброты. Сейчас так не хватает ощущения базовой "хорошести" мира! Поэтому так приятно помечтать, что однажды сбудутся мечты автора и человечество объединится, наука совершит очередной прорыв и перед нами откроется вся Вселенная.

Сложно читать некоторые книги. Утопии, например. Или вот, как эта...
Книга о будущем. О светлом, коммунистическом будущем, которое, однако, пока еще не достигло того уровня развития, как в книгах Ефремова. Ефремов пошел дальше и, если бы выстроить все книги писателей-утопистов в, так сказать, хронологическом порядке описываемых событий, то действие романа Гуревича происходит как раз в Эру Объединения. Когда границы большинства государств уже стерлись, но различия между людьми еще никуда не делись. Вплоть до наличия отдельных рас.
Но, несмотря на это, есть и кое-что общее у Ефремова и Гуревича. Это отношение авторов к обществу и окружающей среде. Да, понимаю, в те годы экология, как и кибернетика с генетикой, уже не считались лже-науками и "продажными девками империализма", но считаться с экологией что тогда, что сейчас, люди не считают нужным. И я искренне радовалась, что того будущего, которое радостно описывает Гуревич, нет и не будет. А если и будет, то... не дай бог дожить. Застраивать океан плавучими городами, осушать моря, сооружая на их месте искусственную сушу, ломать горы (а на фига тут Памир стоит?), ликвидировать полярные льды - все это хорошо только на бумаге. Но нарушите равновесие - и все, конец планете. Мы этого не понимаем. Мы вырубаем деревья (и я не только про леса Амазонки), мы сливаем в реки отходы, мы так благоустраиваем территорию, что не хочется приходить в эти благоустроенные парки. А уровень шума? А загазованность? А...
Ладно, не будем о страшном. Будем надеяться, что наши дети, отложив смартфоны и планшеты, успеют спасти хоть что-то из того, что мы сейчас уничтожаем.
А по поводу этой книги.
Да, она во многом хороша. Но есть и спорные моменты. И главный, кроме вопроса экологии, это некая сумбурность изложения. В книге несколько сюжетных линий. 1) Пандемия, 2) Ратофикация. 3) Контакт с внеземным разумом. Да, эти сюжеты между собой связаны, но лишь тем, что главный герой так или иначе принимает участие во всех этих... событиях. Не будь связующего звена, можно было бы решить, что три РАЗНЫХ новеллы или повести объединили в одну исключительно объема ради. И то, что повести-новеллы разные, здорово мешало понять, о чем же на самом деле роман. О ком.