Блондинка. Том II

Смерть священна, это личное событие, но война перевернула все представления, в том числе и о смерти. Кинохроника все изменила. Ты не только наблюдал за чужой смертью со стороны, тебе представлялась возможность увидеть зрелище, коего не видели сами умирающие.

Она была из тех девушек, кто подчиняется или хочет подчиняться, и если ты человек ответственный, следи за тем, что ей говоришь. А когда такие тебе верят, это еще хуже, еще большее искушение, уж лучше бы не верили.

Запомни, Норма Джин, умирать нужно вовремя.

Я не была потаскухой или проституткой. Однако всем хотелось видеть меня именно такой. Наверное, иначе меня просто невозможно было продать. Ведь только тогда я буду желанна и любима.

Война - дело благородное, но любовь, брак, свадьба - смех, да и только.

Что ж, мужчины всегда винят женщин, когда недовольны едой или сексом. Так уж устроен мир.

Люди верят лишь в то, что сами считают неправдой.

Нехватка любви - вот самое страшное наказание для женщины.

Она была маленькой девочкой, а маленьким девочкам не положено задумываться. Особенно таким хорошеньким кудрявым девочкам.

Девушка без имени, девушка без памяти. Жила недолго, и осталось ей жить недолго.

Славная девушка, но тупая, как кукла. Если б не внешность, ее никто бы не замечал.

Синагога была «еврейской церковью», так объяснила Норме Джин Глэдис.
А евреи – это «те же христиане», только куда более древняя, мудрая, трагическая раса. Христиане были первопроходцами западных земель – в буквальном смысле; евреи же стали пионерами киноиндустрии и стояли у истоков кинореволюции.

Нет предела людской ненасытности, этот голод не утолишь.

Нет на свете более противного запаха, чем запаха старой, давно протухшей любви!

Жестокая правда, типичная для 1953 года: женщина может быть мужней женой и в то же время не принадлежит ему. Ни телом, ни душой. Женщина может быть мужней женой, но не любит его, а желает заниматься любовью с тем, кто ей понравится. Это ее жизнь, и она сама разберется, как выбросить ее на помойку.

Первое замужество. Нет на свете ничего слаще! Но понимаешь это лишь потом.

Бог не так уж и нужен, когда у тебя есть муж.

Нехватка любви – вот самое страшное наказание для женщины.

Там, где мужчина сжимает ее в порыве страсти, всегда остаются синяки.

Эти синяки носишь с гордостью, словно это не синяки, а смятые лепестки роз.