- Каждая страна питает народ по-разному. Немцы поглощают сосиски с пивом. Англичане - дохлый бекон и черствые бисквиты. Французы кормятся поцелуями, запивая из абсентом. Итальянцы сыты одним лишь воздухом. Швейцарцы кормятся туристами. Американцы - долларами. А мы, русские, живем тем, что бог послал...

Много всего в штанах и мало под шляпами

Надо уметь себя вести! Мне тоже не всегда хочется улыбаться людям, которых я не знаю. Плохо себя чувствую. Или просто нет настроения. Однако надо…

«Мне уютно в этой мрачной и одинокой бездне, имя которой – Петербург… Куда ты несешься, жизнь? Ото дня, от белой ночи – возбуждение, как от вина».

В крайности всегда есть доля безобразия.

Каждая женщина вправе сама решать, сколько ей лет.

Вся жизнь - театр, а гастроли продолжаются..

Николай II и его жена, богатейшие люди в мире, были страшными скупердяями. Уж как они боготворили Распутина, но подачки их всегда были жалкими.
Распутин понял, что рассчитывать на божественный шелест денег здесь не приходится. Ему следует зарабатывать при дворе царя только влияние, а деньги предстоит изыскивать в других местах!

— Сейчас уже безразлично, кто победит — Россия Германию или Германия Россию. Независимо от этого в побежденной стране неизбежно возникнет революция, но при этом социальная революция из побежденной страны обязательно перекинется в страну победившую, и потому-то, государь, не будет ни победителей, ни побежденных, как не будет и нас с вами. Но, — выделил Дурново, — любая революция в России выльется в социалистические формы!

- Существует при способа управления серым народом Первый - дать ему что он просить. Второй - ничего ему не давать. И, наконец, третий способ, самый мудрейший: дать и тут же отнять то, что дали... Ваше величество, решайтесь - время не ждет!

Английские министры спрашивали Протопопова:

• Как могло случиться. что ваша страна, в которой все есть, ничего не имеет и постоянно содрогается в конвульсиях?
• Это наша вина - отвечал Протопопов. - Мы сами не знаем, чего хотим.

Опьянение у него выражалось в одной привычке, которой он не изменял смолоду. Император ложился спиною на пол и начинал хватать за ноги проходящих людей, слегка и игриво их покусывая. В таких случаях камер-лакеи звали царицу. "Сашка, - говорила она. - Сейчас же ложись спать...Ты пьян!"

— Честнейшие люди, — сказал, — служат в царской охранке. Смотри сама: зубы выбили, а коронки тут же вернули... В какой ещё стране возможна такая трогательная забота о человеке?

Ах, читатель! Я ведь не бездушная литературная машина и, когда пишу, переживаю за своих героев.

Парфюмерами уже давно примечено, что самое тончайшее благовонье ближе всего соприкасается с настоящим зловонием.

Премьером стал Горемыкин, который при знакомстве со своим секретариатом выдал свой первый убийственный афоризм: «Если хотите со мной разговаривать, вы должны молчать…»

Там, где ждут чуда, пути логики уже немыслимы, а все здравое кажется губительным.

Остроумцы прошлых времен говорили: Петр I прорубил окно в Европу, не догадываясь, что через это окно полезут в Россию всякие воры и негодяи.

- Жиды убили русского премьера русского правительства в русском граде Киеве в русской опере на представлении русской сказки о царе Салтане. Так вот, предупреждаем, что если Столыпин умрет, мы завтра же устроим жидам кровавую баню...