Кладоискатели

Думаю, про «Легенду о сонной лощине» слышал каждый, кто хоть немного интересуется литературой. Но вот читал ли? Мне, наконец, подвернулся случай с этим рассказом ознакомиться. Не могу сказать, чтобы знакомство было особо захватывающим и приятным. Я достаточно много слышала/видела/знала об этом произведении, чтобы нафантазировать что-то свое, мрачное, готическое с темными тайнами и приключениями. В общем, что-то лишь отдаленно напоминающее оригинальный рассказ.

Поэтому сейчас я хочу поделиться в первую очередь своим мнением об авторе, с которым также только что познакомилась, а не о его детище. Первое, что бросается в глаза – языком Ирвинг владеет очень даже очень. Из-под его руки выходят мастерские пейзажи, люди становятся «объемными» и настоящими, даже самая маленькая и хиленькая загадка приобретает таинственный ореол. Единственное, что мне не понравилось, так это огромное количество еды. Так уж cлучилось, что я не раб своего литературного желудка, и льющиеся рекой описания яств могу выдержать не более пары раз в объеме пары страниц на роман. Никак не четверть небольшого рассказа. Так что, «эскадрилья гусей, плавающих в своем жиру», «утки, прижавшиеся друг к другу как любящие молодожены», «индейка, повисшая на вертеле с шейкою под крылом, опоясанная вязкою восхитительно вкусных сосисок» и прочая снедь навевали на меня тоску. Впрочем, закончив со всеми описаниями, на том маленьком кусочке «действия», который все-таки присутствует в рассказе, Ирвинг снова заставляет нас проснуться и в полной мере ощутить призрачный холод Сонной Лощины.

В общем, если сие произведение не представляет для вас интереса в плане одного из основоположников современной мистики, то уж быть прочитанным на предмет тест-драйва с Вашингтоном Ирвингом оно точно имеет право. По крайней мере мне захотелось еще.

Меня, как и многих, удивляет, как можно из 30-страничного рассказа, практически ненасыщенного событиями, сделать почти двухчасовой динамичный фильм. По словам многих ознакомившихся с первоисточником, книга фильму значительно уступает и уж точно не оправдывает ожиданий.
Чего уж там, даже аннотация к данному произведению позволяет ожидать его более интересным и насыщенным, чем оно есть. Однако если отвлечься от ожиданий, в рассказе вполне можно разглядеть определенный шарм.
Я практически через несколько страниц поймала себя на мысли, что читаю не без удовольствия. Несмотря на практически полное отсутствие диалогов и прямой речи, произведение читается легко и, я бы даже сказала, вкусно. И дело даже не в многочисленных описаниях блюд, от которых захлебываешься слюной, а также природы и фермерских угодий, хотя описания у Ирвинга чудесные, поэтичнее попробуй еще поискать. Но у произведения мрачная, но в то же время уютная готическая атмосфера, из которой не хочется выныривать так быстро. И остается только жалеть, что это всего лишь рассказ, а не объемный. насыщенный событиями роман. В этом плане фильм (который надо бы, пожалуй, пересмотреть) отлично дополняет книгу.

Сонная Лощина : новеллы / Вашингтон Ирвинг ; пер. с англ. А. Бобовича. – СПб. : Азбука, Азбука-Аттикус, 2015. – 320 с. – (Азбука-классика)

История знает много случаев плагиата. Если вдруг автор не справляется с задачей удивить читателя, заставить его понервничать или поверить в происходящие события, то он урывает чужой кусок и переписывает на свой лад. В благородных целях к такому методу прибегают, когда хотят отдать дань уважения классике. Такое действие напрямую говорит, что лучшего описание, чем тогда, на свете быть не может. Этим приемом впервые воспользовались Древние Римляне, когда принялись перенимать у своих соседей – Древних Греков множественные мифологические сюжеты. В будущем Толстой перепишет “Отверженных” и получится “Война и мир”, Достоевский переделает “Доктора Джекилла и мистера Хайда” и возникнет повесть “Двойник”, Фолкнер вдохновится романом “Портрет художника в юности” и в удивительном произведении “Шум и ярость” родится вторая глава “Квентин”. Эти кузнецы словесности возобновляли хорошо забытое старое, и Вашингтон Ирвинг не стал исключением. Ознакомившись с греческим мифом об Эпимениде, он решил немного изменить сказание и перед нашим взором предстал Рип Ван Винкль. Оригинал был таков. Некогда отец послал своего сына Эпименида в поле за пропавшей овцой. По дороге юношу застал полдень и чтобы переждать жару, молодой человек прилег отдохнуть. Дальше начиналось самое интересное. Но это древний сюжет, а новое толкование звучит совершенно иначе.

Рассказчик – Дидрих Никербокер повествует о том, где обосновался главный герой. А именно - в небольшой деревушке. Основали ее голландские переселенцы, в начале правления Питера Стайвесанта – губернатора штата Новые Нидерланды. Она стоит под огромными Катскиллскими горами к западу от Гудзона. И в одном из домиков, который порядком пострадал от погоды и времени, уже много лет жил Рип Ван Винкль. Человек он был слабовольным, в особенности это казалось его собственного хозяйства. Для себя и для своих родных он с неохотой выполнял поручения. Хотя для других - трудился не покладая рук. Слухи о нем всегда ходили добротные. Никто в деревни ни разу не сказал про Рипа дурного слова. Лишь жена часто попрекала беднягу в расхлябанности, лентяйстве и страхе. Чтобы лишний раз не нарываться на острый язык сварливой супруги Ван Винкль отправлялся в горы и там постреливал белок. В один осенний день, возвращаясь, после охоты, герой решает отдохнуть и ложиться на склон горного бугра. Но расслабиться ему не удается. Его окликает незнакомый старик с целью подсобить в переносе бочонка с водкой. Рип соглашается и с новым приятелем они забредают в лощину. Там герой видит совершенно иной мир и людей, о которых по ныне ничего не знал. Освоившись в новом кругу, протагонист решает вознаградить себя кубком-другим водки, что он помог донести в лощину. И вот изрядно захмелевший Рип Ван Винкль погружается в сон.

Автор с благоговением наблюдает за своим персонажем. Вашингтон Ирвинг здесь скрыт под личиной покойного Дидриха Никербокера. Он со всей теплотой повествует об этом щуплом, покорном, забитом супруге. Ирвинг с добродушной улыбкой описывает незадачливого героя. Для русского читателя, персонаж вообще схож с мужичком из мультфильма “Падал прошлогодний снег”. Из всех этих характеристик стоило вынести, что сказку свободно можно читать детям от 6 до 12. Единственная проблема – это то, что она покажется им неинтересной. А происходит это из-за тем, что тут поднимаются.

Мораль заключается в том, что следует ценить время. Это важнейшее из богатств, что имеешь. Эта драгоценность идет наравне со здоровьем и с любовью твоих родных к тебе. Время не терпит, когда ты филонишь, прожигаешь жизнь, стараешься угнаться за всеми познаниями и не сосредотачиваешься на чем-то одном. Время это твой враг и друг. Помимо всего прочего, на первый план идет завуалированная лекция о слабохарактерности, о разочаровании в себе. Ведь, если бы Рип Ван Винкль уважал себя, являлся личностью, он бы не докатился до такого семейного порядка. Сказка призвана учить, как детей, так и взрослых быть стойкими перед конфликтными людьми, быть верным себе. Это сказка о легком на подъем человеке, который потерял себя со временем и, возможно, будущее, куда он с неожиданностью вошел, даст ему новую жизнь. Вопрос лишь в том, как он воспользуется этим шансом.

Весь текст выполнен в классической по тем меркам повествовательной манере. Он не тороплив, один абзац с описанием героя, его привычками, прошлым и настоящим сменяется описанием природы или местности. Такая плавная ретардация не выбивается за рамки стилистики Ирвинга, наоборот она нужна. Она передает характер письма самого автора, то, как он относится к миру, куда он поселяет персонажей, к флоре и фауне, что их окружает. Благодаря романтической натуре Ирвинга, можно не только увидеть, но и ощутить холод от заснеженных гор. Не только созерцать в воображении растения и цветы, но и уловить их запах. Лучшие сказки всегда создавались не путем нудного документального протокола, а при помощи игры воображения и душевного порыва.

Фантастический рассказ не имеет минусов. Он настолько короток, насколько должен быть, он настолько причудлив, насколько в этом нуждалась эпоха романтизма. А что касается плагиата, то Ирвинг имитировал миф об Эпимениде не потому, что ему не о чем было писать. Он нуждался в стилизации, чтобы мы вспомнили древнее сказание, поучительную историю о том, что время уходит. О том, что существует опасность отстать от него. И адаптироваться к неизвестной, пугающей и резко накинувшейся действительности для неподготовленных людей, есть сущая катастрофа. Американский писатель-романтик переписал это произведение, потому что осознавал, что легенду забудут, ее будет тяжело найти и читать, а его творение навсегда останется в памяти его современников и последователей. Останется в мах наших предков, у нас и нашего поколения. И будет служить метафоричным советом о том, что следует поспеть за временем и осуществить все свои задуманные планы.

Хороших книг вам и светлого настроения

Моя оценка 10 / 10

Рассказ Ирвинга - превосходная метафора безразличия. Жил себе не тужил, расположившись под каблуком жены, добряк и лентяй Рип Ван Винкль. Отправился он в лес подальше от скандалистки супруги. А дальше, как в сказке: седобородый Гудзон с командой моряков, игра в кегли и дурманящий напиток, усыпивший Рипа на долгих двадцать лет.

А за это время в стране произошли кардинальные изменения, но они не затронули (по возвращению) беззаботного быта нашего героя.

Двадцать лет забвения - это образец решения проблем для особо ленивых. А вопрос в том, бывают ли у лентяев проблемы вообще?

Рассказ мною был занесён в "хочу прочитать" благодаря отсылке в романе "Волны гасят ветер" Стругацких. Когда в залюбленных до дыр вещах встречаешь некие намёки на что-либо предшедствующее, волей-неволей приписываешь тайну/грандиозность/особенность. Что-нибудь - да приписываешь. И его, конечно же, не будет.
Не очаровывайтесь, детки, заранее.

Герой - добродушный, простодушный, не душный вовсе лоботряс, муж непримерный, мужык нерукастый для семьи исключительно и завсегдатай посиделок философских, деревенских. Случилось с ним нечто неординарное, что в реальность вписалось на диво ординарно.
Всего-то 19 страниц, а в них и истории Америки нашлось место, и косности людской, да и про людей вообще поместилось, Ирвинг молодец. Но я ждала чего-то ух, ух!
Не очаровывайтесь, детки, заранее.

Вот что я заметила, многие авторы очень любят большую часть книги посвящать описанию еды. Очень этому подвержены английские авторы и так же несколько американских. В том числе и автор сего опуса. Так же я очень сильно удивляюсь тому, как из ничего можно снять ужастик, и при этом размышлять о том, что произведение является, чуть ли не культовым. Но это далеко не так, никакого ужаса и тем более выброса адреналина прочтение данной книги не приносит, скорее, заставляет задуматься о том, как реклама может превратить НИЧЕГО в НЕЧТО.

Итак, я утверждаю, что книга не содержит ни капли ужасных вещей, но зато погружает читателя в удивительный мир описания окружающей природы, легенд, страхов, а так же завораживающий мир…. пищи. Не больше, не меньше. Все вы думаете, что это книга-ужастик, на самом деле просто байка, в которой преобладает описание еды. Зато, какие обороты: «Несмотря на то, что он был тощ, он ел как анаконда». Я даже представила себе как он принюхивался к ароматам, как пускал слюни при виде яблок, спелой кукурузы, а так же того хозяйства что предстало перед его глазами и что могло бы достаться ему, если бы… Вот именно! Если бы ему что-то досталось, то мы бы испробовали утку на гриле, в золотистой корочке. Чудесных свинок, чьё брюхо набито отборными пряностями. А так же молодых лебедей, которые сплелись как молодожёны на супружеском ложе. По-моему просто шикарно и невероятно вкусно, если бы книгу можно было бы съесть – я бы её съела. 50 страниц про еду и при этом это книга не о приготовлении «Вкусной и здоровой пище», верх расточительства для автора. Но зато как питательно и как пробуждает аппетит.

Что же до остального, невольно вспоминается история о «в чёрном, чёрном городе, на чёрной, чёрной улице жил чёрный – чёрный человек». В детстве это было страшно, а сейчас это кажется ерундой и совсем не страшной байкой. Так же и тут, история может напугать лишь детей, ну или очень впечатлительных барышень. В остальном слава к книге пришла лишь благодаря фильму, который намного страшнее, чем изначальное произведение, которое не вызывает кошмарных ощущений. Скорее история как один молодой человек пошёл ночью в тёмное поле и напугался своих фантазий. А чтобы напугать, автор добавляет некий налёт таинственности и неразгаданности. Куда делся учитель, что с ним стало, почему валялось седло. Это так, чтобы припугнуть, дескать, не суй нос в тайну, а то несдобровать. Но тайны-то нет, нет даже мистики. Есть легенда, есть страхи, есть запугивание. Нет приведений, есть человеческие отношения. Убийство? Вряд ли, поскольку нет никакого смысла убивать сдавшегося человека, скорее припугнуть, чтобы неповадно было строить матриархальные планы.

Шикарное красочное описание еды, напитков, страхов, призраков подсознания, но полное отсутствие какого либо сюжета. Как из этого сняли фильм, остаётся лишь догадываться. А нам читателям остаётся лишь грезить о вкусной и здоровой пище, а так же вспоминать детство и рассказы про таинственную руку. Не страшно. Зато питательно.