Цитаты из книги Суер-Выер

Чем пить,
           поедая отдельных лещей,
Купил бы ты лучше
           нательных вещей

В НАЧАЛЕ БЫЛО СЛОВО, И БЫЛО ОНО — БЕСКОНЕЧНО...

– И пить брошу, клянусь! – А это ещё зачем? – А что, не надо?

Остров пониженной гениальности

— Но мы маленькие Валерьян Борисычи, – влез в разговор лоцман Кацман

Как только нос шлюпки врезался в песок – сразу и началась истина. – Ну как там у тебя? – крикнули с фрегата. – Есть ли там истина? – До хрена! – ответил я и бодро двинул в глубь острова.

– Жалости на червонец есть? – Жалости много, – отвечал старпом, – а червонца нету. Пусть берёт чистую жалость, бесплатно. Между прочим, в тысяча девятьсот шестьдесят третьем году моя жалость на чёрном рынке в Неаполе кое-кому дорого обошлась.

То же, что находилось над животом, я бы даже как-то постеснялся назвать грудями. Я бы назвал это взрывами смысла, ретортами безумия. Они разбегались в стороны, как галактики, в то же время собирая в единое целое тебя как личность.

- Чего именно хочется? - строго спросил капитан.

• Сам не знаю точно. Но, пожалуй, я бы хотел иметь почетный диплом Королевского общества дантистов, два чемодана барахла, мулатку дезабилье и собрание сочинений Декарта.

- Со всеми этими штормами и сошестерениями, - сказал как-то наш капитан Суер-Выер, - нам Острова Истины не открыть. Да вон, кстати, какой-то островок виднеется. Не Истины ли? Эй, Пахомыч! Суши весла и обрасопь там, что надо обрасопить!

• Надоело обрасопливать, сэр, - проворчал старпом. - Обрасопливаешь, обрасопливаешь... а толку?
• Давай, давай, обрасопливай без долгих разговоров.

Вы, конечно, слыхали, что на океане встречаются такие пяточные или подпяточные острова. Суши там ровно на пятку. Я даже знал одного капитана, который открыл такой остров и рядом с пяткой вонзил еще флаг собственного государства. Потом, говорят, открыл аптеку, два питейных заведения, корт, пункт обмена валюты, рулетку и бассейн. Этот бассейн возмутил население острова, и они свергли все, что было навергуто.

К удивлению, мадам Френкель действительно выперлась на палубу, в одеяле женского цвета, в клеточку, усыпанную конскими каштанами.

Чем пить,поедая отдельных лещей, Купил бы ты лучше нательных вещей!

Тому, кто хочет убежать от самого себя, кураре — хороший подарок.

Подайте, сэр, беженцу от самого себя.

— Сэр, — сказал Пахомыч, — дозвольте вернуться на корабль и поблагодарить херес лично, с глазу на глаз.

- Родину покидать не хотим. Здесь родились, здесь уж и помрём. Да и какая там она, чужая-то картошка?
- Да ведь небо задавит.
- Может отпустит, а? - сказал он с надеждой. - И морковь разрешат? Нет, останусь. У вас табачку-то нет?
- Неужели при таком небе ещё и курите? - спросил я.
- А куда денешься? - отвечал наш респондент. - И курим, и пьём, если, конечно, поднесут.

В каких краях мочили якорёк?

Мы-то отмылись, — всхлипывали некоторые, — а Россия...