«И Егор молился не Богу, а елочному шару, который по-прежнему лежал в раструбе медного кувшина на подоконнике.»

ОСТРОВА И КАПИТАНЫ. НАСЛЕДНИКИ

«Был хронометр словно посредник между разными временами. Соединял сороковые годы мальчишки Толика Нечаева, шестидесятые — юнги Гая и нынешние… Чьи? Его, Егора?» (Владислав Крапивин. «Острова и капитаны. Наследники». 1989)

«Когда бесполезно мужество поступков, должно оставаться в человеке мужество надежды… Жить spe fretus. Опираясь на надежду…» (Владислав Крапивин. «Острова и капитаны. Наследники». 1989)

«— Детективная история в стивенсоновском духе… и с грустным оттенком.» (Владислав Крапивин. «Острова и капитаны. Наследники». 1989)

ЗДРАВСТВУЙТЕ! Третья часть трилогии Владислава Крапивина «Острова и капитаны. Наследники» (1989) по-другому ещё называется «Путь в архипелаге». О! Здесь интересно и живо всё с самого начала. Как будто морской прилив после недавнего отлива.

Сразу отмечу оммаж Крапивина «Кондуиту и Швамбрании» Льва Кассиля. Уже не только выдуманный материк, а целая планета у братьев Веньки и Вани Ямщиковых – «Находка». Не такая уж и новая находка. Но развитие она своё получила. И финальные аккорды – за ней! Всё, как положено. И задачи свои она исправно решает, как и Швамбрания.

*** Владислав Крапивин – он сам, как остров. Остров в бескрайнем море художественной литературы. И это НАШ остров! Я очень рада, что нашла его. Лучше поздно, чем никогда.

Изумительная трилогия «Острова и капитаны». Было бы жаль, если бы судьба отвела меня от неё. И, наверно, это хорошо, что встреча состоялась в зрелом возрасте. Вряд ли меня это всё так впечатлило бы в юности, молодости. Вряд ли я тогда смогла проникнуться душой и понять автора. Как грустно, что его уже нет.

… Третья книга трилогии объединила всё повествование в единый сверкающий шар. Подобный тому зелёному ёлочному шарику, подаренному Редактором – Венькой Ямщиковым на Новый год главному персонажу повести (таки хочется сказать, – романа) – Егору Петрову, Кошаку.

Здесь столько всего произошло! Столько событий! Это книга не только для детей и о детях – подростках. Это для всех. Крапивин объединил все поколения: живых и умерших. Хороших людей и не очень (да что там! – некоторые совершали подлые поступки). Отцов и детей. Братьев. Друзей. Одноклассников. Шпану дворовую. И получилось очень глубоко по содержанию и легко по восприятию.

Эту книгу написал настоящий Писатель. Самородок. Не боюсь перехвалить. Крапивин достоин того, чтобы у него учились писательскому мастерству. Как у него всё ладно получается: и композиционное построение, и средства выразительности, и живые персонажи с их развитием, взрослением … Прямо школа писательского мастерства.

Мудро с педагогической точки зрения от начала до самого конца. Мальчишки. Сколько тепла, любви и отцовской заботы во всех трёх книгах. В последней – особенно.

Но благостного умиротворения и непротивления злу Крапивин не проповедует. Он учит драться! Бороться. Отстаивать справедливость. И это гораздо лучше, чем, скажем, в «Девочке, с которой детям не разрешали водиться» Ирмгард Койн. Ни в какое даже сравнение не идёт! Если сравнивать, то «Девочка» будет откровенно глупой. Лучше – не надо. Сама по себе «она» хороша.

А ещё отлично Владислав показывает дух той эпохи, в которой происходит действие. Особенно замечательная почва для прорастания и проявления этого духа – ШКОЛА и учителя. Ух! Просто шикарно в «Наследниках»!

Дураки – они везде встречаются. В школе – тоже. Может, и не вина их это, а беда … Время, идеология под стать времени. Вот и вырастали карликовые берёзки, как в тундре. Вроде Классной Розы. Но учителя вынуждены были тоже меняться со временем, когда у них в учениках были такие Кошаки.

Воспитание. В семье, школе и самовоспитание – развитие ума и души. Как же здорово это показано в книге. Роль ОТЦА. Это, вообще, – нечто! Отец, даже погибший, он, как путеводная звезда!

ОТЧИМ. Ну и тему затронул Крапивин. Словно идёшь по тонкому, тонкому льду. Страшно. Не естественно. Нельзя ходить по тонкому льду. Смотри! Твоя МАТЬ уже провалилась …

Взрослые темы. Совсем не детские. Может, поэтому и возрастное ограничение «16+»?

А насчёт «детской фантастики» – это кто-то сильно погорячился. Фантастического здесь ничего не происходит. Реализм. Самый настоящий реализм! Психологическая повесть. Но по объёму тянет на роман.

Читайте, если ещё не прочитали. Успевайте! Это хорошая литература. На мой взгляд. Главное, – интересно.

… «И вижу мачты я, летящие в зените, И вижу паруса белей, чем белый снег, И рында для меня над палубой звенит там, И это мой корабль пришел ко мне во сне.»

Часть третья, завершающая. Рассказ о детстве конца сороковых познакомил нас с Толиком, детство начала 70-х – с Гаем, и вот конец 80-х, до перестройки остаются считанные дни и дитя конца застоя – Егор. Очень плохой мальчик. Циник, задира, мелко гнобит малышей, в общем – отрицательный герой во всей красе. Но мы-то понимаем, что в конце концов все наладится, только очень наивный читатель может надеяться, что мальчик не исправится. Но рассказ об этом исправлении может вестись по-разному. Кто, каким образом сможет воздействовать на Егора? Рассказ о героическом настоящем отце не возымел ожидаемого впечатления. У нового поколения новые ценности, а Гай-то ожидал немедленного просветления. Путь к сердцу Егора непрост и извилист. Пожалуй, автор был излишне прямолинеен, оказывается до какого-то момента Егор был обыкновенным славным мальчиком. Но когда приемный папа начал лупцевать пацана за каждую провинность, и не отвешивать горячие оплеухи, а методично целенаправленно пороть розгами, которые хранились в специальном футлярчике, а перед экзекуцией мыл руки – тут-то и началось перерождение мальчишки в отвязного хулигана. Но это еще хороший финал, вот только что мне попался роман про маньяка, так там пацан просто сдвинулся от такой же регулярной порки мачехи. Заметим, именно отчим и мачеха. А что же мама? А мама уходила подальше, чтобы не слышать воплей сына и не портить себе настроение. Кстати, совсем не ожидала такого от юной героини второй книги. Но ведь рано или поздно парень вырастет, это закон, а отчим рано или поздно постареет, это тоже закон. И на что рассчитывают такие вот отчимы – на полное и безоговорочное всепрощение? Этот отчим явно рассчитывал и даже выковырял из глубин памяти историю о том, как он однажды пел малышу песню «с горки на горку домой везем Егорку». Не слабовата ли индульгенция за годы боли и унижения? А мамаша со своим беспомощным педагогическим приемом – «Горик, одень тапочки, простудишься» - и в три года, и в восемь, сразу после порки, и в двенадцать, тоже после порки, и в шестнадцать, когда сыну глубоко наплевать и на мать и на отчима.

Конечно, в этой книге далеко не только одна эта сюжетная линия, и читалось с интересом, и оценка высокая, но вот спустя неделю после прочтения самое яркое – именно эта история, как мальчишку ломали, ломали и почти в том преуспели. Если бы не случайность…

Совершенно великолепная и очень сильная книга для подростков. Именно для того возраста, когда деление героев на плохих и хороших уже не годится. Ведь в ней проскакивают такие жизненные вещи, которые были бы невозможны в советских книгах для школьников. Например, как это, у морского офицера, хорошо, не офицера, инженера, но все равно очень положительного героического человека оказывается беременной девушка, еще до свадьбы. А как много в книге моментов, обличающих лицемерие школьных педагогов? Настолько много, что я уже не могла применить их к своей школе. Но, вполне возможно, это не из-за внезапного улучшения моральных качеств воспитателей будущего поколения, а из-за смены политических режимов, что позволило равнодушным просто устраниться от общественной работы, а не внедрять в головы молодняка вещи, нужные исключительно для галочки. Перед нами третья книга цикла. Мешало ли мне чтение "с конца"? Нет. В данном случае книга вполне самодостаточна. Читать с начала наверняка интереснее, когда позже будут встречаться знакомые герои, но и сейчас у меня не было непоняток. Главным героем книги для меня был мальчик Егор, его исправление, изменение его характера. История же с рукописью была второстепенной, хотя наверняка именно она связывала цикл воедино. Хотя читать эту книгу я начала как в первый раз, постепенно в сознании забрезжии знаомые моменты. Возможно, я уже читала ее раньше. Сюжет был мною забыт полностью, только несколько ярких картинок стояло в голове: имя Толика, что-то про гранату и его смерть (может, я даже читала весь цикл? В этой книге все упоминания были, но мне казалось, должно было быть больше подробностей. Или же детский мозг оживлял слова, превращая их в действие.), и совершенно точно эту присказку: с горки на горку мы ехали с Егоркой. Стояла перед глазами и картина растерянного пацана, в квартире с японской техникой, с плеером в руках и крутых джинсах, но глубоко несчастного. При всем при этом полностью выпали из памяти и сцены в "таверне", и школьные конфликты, и дружная семья Редактора, и даже сам Михаил и его работа с трудными детьми. От книги забылся сюжет и название, но остались в памяти наиболее важные моменты, психологические вопросы, которые ставил перед читателем автор. А, значит, книга достигла своей цели.