Корни дуба

Англичане, попросту говоря, не считают, что торговый агент или банковский служащий будет лучше делать свое дело, имея диплом, или что газетчик будет лучше писать, если окончит факультет журналистики. Нью-йоркское издательство вряд ли наймет редактора без высшего образования. В Лондоне же это обычное дело.

Считается, что спартанские условия жизни, в частности холод и голод, воспитывают твердость духа, выносливость, самообладание и другие ценные черты характера. Чем респектабельнее и, стало быть, дороже школа, тем более суровые условия существуют там для воспитанников.

И, поездив по Лондону год-два, начинаешь получать удовольствие не только от того, что тебе уступают дорогу другие, но и от собственной снисходительной галантности к какому-нибудь старику за рулем фургона, одарив его возможностью выехать из переулка на загруженную магистраль.

Стремление перво-наперво классифицировать нового знакомого по социальной шкале возникает у них инстинктивно и опирается на изощренный набор примет и сведений, накопленных с детства. Внешность, походка, манера держаться, интонации и приемы речи - все здесь играет свою роль. Изрядно поношенный костюм, но добротный, сшитый на заказ, поднимет акции его владельца больше, чем щегольская обновка из универмага.

Можно ли представить себе, что бы на бейсбольном матче в США или на велогонках во Франции кассир пропускал людей на трибуны без билетов, се тем чтобы они могли выбрать себе место по своему вкусу и уже потом вернуться, что бы оплатить его? А на стадионе "Лордз", который считается Меккой английского крикета, такое возможно, даже когда желающих посмотреть финальную игру втрое больше, чем билетов.

Скажите англичанину, что он глуп, - он лишь снисходительно улыбнется. Скажите ему, что он упрям, замкнут, черств, малообразован, невежествен, - он лишь пожмет плечами. Но заикнитесь, что он несправедлив, как он тут же покраснеет и разозлиться..

Англичане - законники до мозга костей.... ... Если они читают, что поступают по правилам, нечего пытаться разжалобить их ссылками на какие-то исключительные обстоятельства личного характера.

Оказавшись в новой, непривычной обстановке, англичанин прежде всего стремиться сориентировать себя относительно действующих в ней правил. Впервые переступив порог школы, фирмы, клуба, парламента, он думает не о том, как привлечь к себе вниманием каким-то своеобразным поступком, а о том, как вписаться в сложившийся там порядок.

Англичанин любит жить в окружении хорошо знакомых вещей. В убранстве дома, как и во многом другом он прежде всего ценит старину и добротность (часто отожествляя эти понятия). Когда в семье заходит речь, что пора, пожалуй, обновить обстановку, под этим словом имеется ввиду реставрация, а не замена того, что есть, сохранение, а не изменение общего стиля комнаты.

В стране, где языковой барьер не служит помехой, не сможет стать подспорьем и языковой мост.

Но вы должны уважать его темп. Если вы не будете торопить его; если вы найдете к нему должный подход, апеллируя к его доброй воле, а не к его эмоциям; если вы будете подносить ему факты, которые он может разжевывать медленно и старательно, вместо того чтобы вдруг осыпать его каскадом страстных идей, - вы почувствуете, что его немалым достоинством является рассудительность.

Англичанин почти беспредельно терпим. Он приветлив, человечен, выдержан, честен. Он обладает серьезным чувством долга, общественного порядка и готов идти на практические жертвы ради того и другого. Он добродушен, учтив и к тому же свободен от зависти, горечи и чувства мести.

Английский паб представляется мне неким антиподом французского кафе. Идеал парижанина – сидеть за столиком на тротуаре перед потоком незнакомых лиц. Идеал лондонца – укрыться от забот, чувствуя себя в окружении знакомых спин.

С чего начинаешь, впервые попав в чужую, незнакомую страну? Как губка, впитываешь впечатления, жадно ловишь звучащую вокруг речь. Пытаешься разговориться со случайными встречными: с попутчиком в автобусе, с соседом на садовой скамейке. Словом, окропляешь животворной влагой личных впечатлений сухие зерна заочных знаний о стране.

Сначала единая государственная школа, потом единая государственная наука. А что в итоге? Единый государственный образ мыслей?

Они беседуют так, словно каждый из них в одиночестве выражает вслух собственные мысли.