Фантастическая сага. Сборник

Шон отключил смысл у ее слов, но волны звука все равно догоняли и обрушивались на него, подобно гребнистым валам сопливо-зеленого моря.

Ну и шарахнуло же меня! А ведь я парень не сказать что слишком чувствительный. Но было именно так: бам-м-м! Как обухом по затылку. Как в песне про любовь с первого взгляда. Впрочем, это не любовь – ну ее к черту, романтическую чепуху. Это старая добрая похоть.

А по другую сторону пролива лежала Африка. Я видел лишь зеленые холмы в романтической дымке и знал, что к этому манящему берегу пристегнут огромный континент с миазмами джунглей, с палящим солнцем пустынь, с экзотикой городов, со слонами, каннибалами, гологрудыми бабами и со всем прочим, что мигом приходит нашему брату на ум при слове «Африка».

Вменяемый ремонтник старается держаться подальше от туземцев. Для нашего брата инопланетные разумные сообщества хуже чумы. Антропологи могут с легкостью класть свою жизнь на алтарь любимой науки, а мы категорически не желаем, чтобы нас потрошили и расчленяли.

Когда два существа разделяют эмоции друг друга, нет ни расовых, ни каких-либо иных барьеров.

Не так-то легко человеку видеть, как рушится система представлений, которые он впитал за много лет.

Оружие без знания принесёт только вред

– Как же я буду переводить? Ведь я не знаю ни единого слова на их языке, да он и вообще неизвестен.
– Ничего, научишься. Ты переводчик – стало быть, переводи.

– Не знаю, – ответила она. – Я не уверена. Впервые в жизни я чувствую, что может быть несколько ответов.
– Поздравляю, – с горечью сказал он. – Ты становишься взрослой.

Недаром говорят, что простота венчает оба конца на шкале артистизма. Не посвященный абориген облекает простую идею в бесхитростную форму и творит красоту. А искушенный критик отвергает чрезмерную изощренность и красивость ради чистой подлинности незатейливого искусства.

Все на свете поддается объяснению, надо только разобраться в фактах.

— Может быть, мои слова покажутся тебе циничными, — сказал Рес, — но ты сулишь райскую жизнь обеим сторонам. Трудновато будет осуществить такое обещание, если учесть наши прямо противоположные интересы.

Игроки, не умеющие владеть собой, долго не живут.

У начальника Алонцо Крейга только и хватает ума на то, чтобы не ронять деньги, когда ему суют взятку.

— Интересно, а может он делать что-нибудь ещё или только отдавать честь и рапортовать? — сказал начальник, обходя вокруг робота и поглядывая на него с интересом… как собака на колонку.

Прошлого не переделать, а мы боремся в настоящем, и все наши силы уходят на эту борьбу.

Ему снился сон. Страх и ненависть. Страх и ненависть пополам захлестнули его жаркой волной. Если это сон, лучше больше никогда не спать. Если это явь, лучше умереть. Он силился отогнать видение, а оно только сильнее затягивало его. Страх без начала и без конца, и никакого спасения от страха...