Сезанн

„Открой глаза, перед тобой природа; открой сердце, перед тобой жизнь“. -(Золя).

Борьба, она укрепляет не устоявшиеся еще убеждения, заглушает в душе голос робости, помогает заглушить сомнение в своих силах.

Бороться – значит забыться, проявить себя, стать, наконец, самим собой, то есть таким, каким хочешь быть.

Вчерашние питомцы Гюго и Мюссе, они сегодня смотрят на все глазами Мане и Бодлера; они догнали свой век.

Из всего, что выставлено в Салоне, Сезанн видит одну лишь «Олимпию» Мане. Он восхищается ею еще больше, чем восхищался два года назад «Завтраком на траве».

«„Олимпия“», – это новый поворот в развитии живописи, это начало нового Возрождения. Здесь есть живописная правда. Это розовое и белое ведет нас путем, который доселе наше восприятие игнорировало…» -(Сезанн).

Сезанн получил экземпляр только что вышедшего сборника Золя «Сказки Нинон». (...).

Наконец-то один эксовец пробил себе дорогу; один эксовец уже создает себе имя! Завоевание Парижа началось!

Человек умер, но дело его живет. Делакруа навсегда останется незабываемым образцом.

По примеру Сезанна Золя становится поклонником Мане. «Завтрак на траве» приводит его в восторг. Однако его в этой картине восхищают сюжет, модернизм, революционный порыв, а не техника и пластичность, к которым Сезанн изо всех сил старается привлечь его внимание.

«Дух бодрствует и творит чудеса. Мне даже кажется, что в страданиях я вырос, стал лучше видеть, слышать. У меня появились новые чувства, отсутствие их мешало мне прежде правильно судить о некоторых вещах», – говорит Золя.

Сезанн не подозревает, в какой жестокой нужде живет Золя.

«Неизбывно желание наше», – говорила святая Тереза.

«Очень может быть, что у Поля талант великого художника, но у него нет таланта стать им», – приходит Золя к грустному выводу. Сезанну никогда не быть Сезанном.

«Я не хотел бы, идти по чьим бы то ни было стопам; не потому что я претендую на звание главы школы, такой человек, как правило, придерживается определенной системы, а потому, что хотел бы найти какую-нибудь нехоженую тропу и выделиться из толпы современных писак», – заявляет он Байлю.

Несмотря на тяжелое материальное положение к Золя снова вернулась былая твердость.

Его девиз – все или ничего. Он либо выиграет, либо проиграет свою жизнь, но не отступится от задуманного. Он станет писателем.

«Жизнь – это шар, который не всегда катится туда, куда направляет его рука», – пишет Сезанну Золя.

«Дитя, дитя, – говорит Луи-Огюст сыну, – подумай о будущем. Талант губит, а деньги кормят!»

«Жизнь борьба. Примем же борьбу, и да не остановят нас ни усталость, ни горести». -(Золя).

«Реализм в любви, – взывает Золя, – сама мысль эта недостойна нашей юности».

В письме к Золя Сезанн вдруг пишет: «Любовь, как ее понимает Мишле, любовь чистая, возвышенная, может быть, и существует, но, согласись, крайне редко».

Юность вопреки всему довольно легко побеждает.