Слово и дело. В двух книгах. Книга 1

Именно так и хочется назвать период правления после смерти Петра I и до прихода к власти Елизаветы Петровны. Дитя осьмнадцатого века, Его страстей он жертвой был, И презирал он Человека, Но Человечество любил… (Князь П. Вяземский) Абсолютно любой человек, желавший сообщить о каком-либо преступлении, мог использовать специальный пароль для того, чтобы представители власти обратили на него внимание. Этим паролем была фраза «Слово и дело». Вообще «Слово и дело государево» или «Суд да дело государево», это порядок участия в политическом сыске в России XVII — XVIII веков. «Слово миновало, но дело осталось…Вы, люди, ждите!» «Потворство покаянным письмам гибельно есть для отечества российского…» Роман начинается с описания периода недолгого правления Петра II. После смерти Петра II были терзания, кого же «посадить» на престол российский и выбрали Анну Иоанновну…Были ничтожные попытки дворянства, ограничить монаршую власть в стране, даже были сочинены «кондиции» (условия), которые бы Анна Иоанновна должна была свято соблюдать при восшествии на престол. Но кому понравятся жесткие ограничения, тем более, если ты императрица такой могущественной империи. Так вот Анна Иоанновна, недолго думая, не без помощи Остермана, обманывает авторов «кондиций», а потом и вовсе, учиняет над дворянами жестокую и кровавую расправу… «Рази вам, русским людям, хлеб надобен? Вы же, яко волки, один другого сожираете и тем всегда сыты бываете…» - именно этой цитатой хочется охарактеризовать период правления Анны Иоанновны: период отчаяния, ужасной скорби и безысходности, от которой хотелось выть. «Засилье иноземцев» возглавлявшие в то время русское правительство, постоянные пытки и казни, ссылки, военные потери…некоторые моменты просто невозможно читать без слез и горькой обиды за отечество. «Это все немчура придумала, что Русь до Петра была дикой, а они явились, как советники, и просветили нас! Немцу хлеб сожранный оправдать надо – вот он и придумал сие…Неправда это! Россия и до Петра не блуждала в потемках. Василий Голицын, Ордын-Нащокин, Ртищев, Матвеев – люди были ума зрелого, разума высокого…И русские человецы задворками ума до Петра не ползали. Россия и ранее на столбовой дороге стояла. Европа-то сама могла бы у нас многому поучиться…»

Пикуль даёт голую политическую механику без воздуха. Он - хронист политических процессов.

Нет Москвы как города — есть «Москва» как место для совещаний.
Нет Петербурга как столицы — есть «Петербург» как фон для указов.
Нет героев как живых людей - с бытом, привычками, запахами — есть фигуры, которые говорят, подписывают, доносят, казнят.

Это не историческая проза по типу Балашова, а политологический трактат в лицах.
Пикуль не ведёт тебя по городу, не даёт ощутить атмосферу той эпохи через цвет, звук, улицу, одежду. Он даёт диалоги в кабинетах, заговоры, преследования, аресты.
Нет, конечно есть яркие и эмоциональные моменты, но по сравнению с политическо-подковерной борьбой и интригами (в которых ещё надо и разобраться - кто на кого и с кем...), этих атмосферных моментов в разы меньше (опять же, это по сравнению с подобными произведениями других авторов что я читал).

Не вижу яркости, насыщенности, атмосферности. Всё политически сухо и пресно, не за что зацепиться - ни за одного героя, ни за обстановку. Читать устаёшь и засыпаешь. Не хватает именно чего-то цепляющие интересного (в сюжете-истории или герое) за чем будешь следить и переживать.

Дикость правящей верхушки в самом цвете - шуты из великих неугодных личностей, издевательства, тайная канцелярия работает не покладая рук и не затухая пыточного огня, императрица и иже с ней дикуют как только можно извращеннее.

Нет, не осилил. Первую книгу еле еле домучил. Очень туго, как через дебри продираешься. Как по мне - нет цепляющих событий, одна политика, разборки, мести, и т.п. что обычно творится в клубке змей.