"Мы живем незаметной жизнью на периферии; мы стали маргиналами - и во многом,
очень во многом решили не участвовать. Мы хотели тишины и обрели эту тишину. Мы
приехали сюда, покрытые ранами и болячками, с кишками, завязанными в такие узлы,
что уже и не надеялись когда-нибудь опорожнить кишечник. Наши организмы
забастовали, одурев от запаха ксероксов и жидкости "Штрих", и от запаха гербовой
бумаги, и от бесконечного стресса от бессмысленной работы, которую мы исполняли
скрепя сердце, не получая в награду даже обыкновенного "спасибо". Нами
руководили силы, заставлявшие нас принимать успокоительные, думать, будто
прогулки по магазинам - уже творчество, и считать, что видеофильмов, взятых в
прокате на субботний вечер, вполне достаточно для счастья. Но теперь, когда мы
поселились здесь, в пустыне, все обстоит намного, намного лучше".